— Что, — протянул Локен, — надоело смотреть на то, что никогда не получишь?
Я фыркнула; мужчина медленно вышел из воды. Не знакомый со стеснением, он прошелся к своим вещам. Я справилась с внезапно нахлынувшим смущением и насмешливо посмотрела в нахальные глаза этого бессовестного человека.
Да, сложен он превосходно. Орионцы считаются самой красивой расой людей. Даже если их черты лица неидеальны, они привлекательны за счет того, что эти самые черты выразительны. У них отменное здоровье и потрясающая выносливость.
Они сильны. Но все же уступают старшим расам в регенерации и способностям к эо.
«Не забывай, что он всего лишь младший, — напомнила я себе. — Но очень привлекательный младший!»
Натянув костюм, мужчина повернулся ко мне:
— Твоя очередь мыться. Надеюсь, одна справишься?
— Разумеется.
Меня еще шатало, но не могла же я попросить его помочь мне! Стянув ботинки, я прошла к луже и с осторожностью в нее вошла. Вода оказалась теплой, и это уже хорошо. Я присела раз-другой, начала обмывать тело.
Пальцы правой руки, пострадавшие от слизи, двигались неохотно и болели, но я не щадила их. Так быстрее восстановятся.
Пока я мылась, Локен пил воду из фляги; я отмечала, смотрит ли он на меня, или нет. Орионцу я была неинтересна, он лишь следил, как бы я не споткнулась и не упала в лужу. Моя женская гордость была уязвлена… Как можно не оценить мои длинные стройные ноги, тоненькую талию, линию бедер, плеч, красоту рук, совершенство груди? Или он уже оценил, и ему больше неинтересно?
Да о чем я вообще думаю? Это же орионец, с какой стати я должна ему нравиться? Он, наверное, с ума сходит от мужеподобных орионских дам, в которых не сразу дам и узнаешь.
Где ему оценить соразмерность и изящество моей фигуры!
Улучив момент, я под водой стянула трусики и наскоро их ополоснула. Мне еще не приходилось мыться в таких ужасных условиях. Я с самого рождения не знала неудобств: меня всегда окружали цивилизация, комфорт и роскошь, даже моя городская квартира хоть и считалась бедной и маленькой, но была оборудована всем, что нужно для жизни.
Дикая природа никогда меня не прельщала, я предпочитала проводить время в городе, и в джунглях я себя ощущала чужеродным элементом. Если не хуже — жертвой.
Решившись, я начала расплетать тугую косу.
— Эй, — орионцу это не понравилось, — заканчивай.
— Я окунусь с головой. У меня ужасно зудит голова.
— Даю две минуты.
Густые, тяжелые, длинные, до поясницы, прямые волосы были моей гордостью.
