Только после этой быстрой проверки я позволила себе протянуть ласково:
— Ми-и-лый, ты вернулся? Охота хорошо прошла? Поздравляю. Хоть кто-то из нас сыт по-настоящему, — я глянула искоса на орионца и улыбнулась, заметив, что он не в состоянии оторвать взгляд от тхайна. — Локен, ты что, испугался? Разве бравые орионцы испытывают страх?
Мужчина посмотрел на меня с холодным возмущением.
— Этот тхайн из питомника Нигая?
— Да. Притом это его лучший тхайн.
— Нигай отправил его охотиться за нами? Ты взяла над ним контроль?
— Что-то ты побледнел, — цокнула я языком, не спеша отвечать на его вопросы.
— Отвечай, Унсури.
— Почему я должна отвечать тебе, Локен, если ты не отвечаешь мне? — пропела я.
— Тебе лучше ответить, — отчеканил мужчина, — И, ради твоего же блага, надеюсь, это будет адекватный ответ. Своих собак Нигай ценит больше, чем собственный гарнизон. Забрать у него тхайна, да еще и лучшего — идиотская затея. Такая же идиотская, как, например, прогуляться в логово спящего рептилоида и пнуть того под зад.
— Идиотские затеи, мой дорогой орионец, рождаются в голове Гетена. Я забрала у Нигая пса, потому что у меня не было иного выхода. Такой ответ достаточно адекватен?
— Достаточно, — процедил Локен. — Учти только, Унсури, что тебе это даром не пройдет. Ты уязвила гордость капитана, и он отыграется. На тебе, на нас.
— Это он уязвил мою гордость. Не паникуй, Локен. Улыбашка теперь наш, а он куда более полезный союзник, чем, допустим, ты.
Орионец ничего на мою последнюю фразу так и не ответил, и поглядел на тхайна уже без испуга, оценивающе.
— Улыбашка? Я верно расслышал?
— Да, верно.
— Ты спятила, женщина? Как ты могла назвать тхайна «Улыбашкой»?
— Он мой теперь. И ему идет такая кличка.
Локен посмотрел на меня с некоей опаской, будто бы оценивая мысленно — в себе я или умом тронулась? — и снова перевел взгляд на тхайна.
— Значит, Улыбашка… Думаю, он видел уже гибридов, и может нас к ним привести. Проверь.
— И без твоих указок справлюсь!
Наша связь с Улыбашкой была удивительно глубока и прочна.
После того как я обнаружила в себе способности к эмпатии, ни с одним животным я такой крепкой связи, как с этим «улыбающимся» тхайном, не чувствовала. Чтобы получить нужные сведения, мне нужно было просто подумать о гибридах… О, да. Улыбашка видел гибридов, слышал гибридов, и имел к ним особенное отношение — как к еще одному виду врагов.
— Он их хорошо чувствует, — сказала я медленно.
— Так вели ему найти их.
