А потом, ну арестуют ее, и что? Будем иметь свидетеля, ожидающего суда за наркотики. Что подумают присяжные?
Она промолчала.
— Знаешь что, — продолжил Босх, — ты постой здесь, а я схожу и проверю. Три машины — возможно, их всего трое. Если не справлюсь, тогда и поедем за помощью.
— Гарри, у них может быть оружие! Ты…
— А может и не быть, — спокойно сказал он. — Я выясню ситуацию, тогда и решим.
— Мне это не нравится.
— Наоборот, это может нам помочь.
— Что? Каким образом?
— А ты подумай… Короче, жди сигнала. Если что-то пойдет не так, садись в машину и уезжай.
Босх протянул ключи, и Макферсон нехотя взяла их. Похоже, она уже поняла, что он имел в виду. Иметь компромат на свидетеля всегда полезно.
Он не торопясь зашагал к гаражу, держа руки в карманах и беззаботно осматриваясь, словно заплутавший турист. Дорожка из битых ракушек не давала двигаться бесшумно, но громкая музыка, доносившаяся из-за двери, делала это ненужным. Какой-то рок-н-ролл, гитара и тяжелый ритм ударных — что-то очень старое, слышанное чуть ли еще не во Вьетнаме.
Когда до гаража оставалось шагов десять, дверь снова отодвинулась, и наружу вышел все тот же молодой человек. Вблизи ему можно было дать лет двадцать с небольшим. Босх с запозданием сообразил, что парень должен был выйти, чтобы докурить, но было уже поздно.
Однако, заметив незнакомца, молодой человек не выказал никакой настороженности, лишь взглянул с любопытством и вытянул из пачки новую сигарету. На лбу его блестели капли пота.
— Вы оставили машину у дома? — спросил он.
Босх остановился и вытащил руки из карманов.
— Да, а что?
Он не стал оглядываться на дом, предпочитая держать парня в поле зрения. Тот пожал плечами:
— Просто все обычно подъезжают сюда, Сара их предупреждает.
— О, я, наверное, не понял. Она сама здесь?
— Да, внутри. Заходите.
— А можно?
— Конечно, мы почти закончили на сегодня.
Что-то здесь было не так. Босх украдкой бросил взгляд через плечо — Мэгги все так же пряталась за углом дома. Собравшись с духом, он шагнул в открытую дверь.
Жара внутри стояла адская. Большую часть помещения занимала огромная печь, в которой плясало ярко-оранжевое пламя. В нескольких шагах от топки стоял еще один молодой парень и с ним женщина постарше, оба в таких же длинных фартуках и толстых перчатках до локтей. В руках у парня были клещи, которыми он удерживал массивную заготовку из расплавленного стекла на конце стальной трубки. Женщина придавала стеклу форму с помощью деревянного бруска и плоских щипцов.
