Мэгги тронула меня за локоть, показывая на стол обвинителей, где сидели четверо:
— Вот он, Ривас, с краю.
— Понял. Поговори с ним, пока я отмечусь у секретаря.
— Холлер, ты забыл, кто ты? Тебе не нужно отмечаться.
— Ах да.
Мы подошли к столу, и Мэгги представила нас с Ривасом друг другу. Государственный обвинитель был совсем мальчишка, судя по всему, недавний выпускник одной из лучших юридических школ, и ждал лишь удобной возможности, чтобы вырваться из ада предварительных слушаний и взойти на следующую ступеньку служебной лестницы.
Однако в повадке молодого человека чувствовалась настороженность. Хоть я и собирался облегчить ежедневную ношу Риваса, но был при этом чужаком, гостем с другой стороны, а еще точнее — лисой в курятнике. Впрочем, сегодня его подозрениям предстояло лишь укрепиться.
Пожав руку Ривасу, я стал высматривать в зале Ройса. Он сидел у барьера и беседовал с молодой женщиной, по виду своей помощницей. Оба склонились над открытой папкой, перебирая кипу документов. Я приблизился и протянул руку.
— Клайв Ройс, «королевский адвокат»! Как поживаешь, старина?
Его загорелое лицо осветилось широкой улыбкой. Как истинный джентльмен, Ройс встал, отвечая на рукопожатие.
— Привет, Майк! Жаль, что мы сегодня на разных берегах.
Может, ему и было жаль, но не слишком. Он построил всю свою карьеру, ставя исключительно на фаворитов, и ни за что не согласился бы вести дело на свой страх и риск, тем более под пристальным вниманием прессы, не будь полностью уверен в очередной победе и порции бесплатной рекламы.
Клайв Ройс пришел, чтобы выиграть, и за его сияющей улыбкой проглядывал хищный оскал.
Я улыбнулся в ответ:
— Мне тоже, и боюсь, ты скоро заставишь меня пожалеть еще больше.
— Что ж, в конце концов, мы оба выполняем свой долг. Я вытягиваю Джессапа, так сказать, на общественных началах, а ты помогаешь окружному прокурору."
"Прожив в Америке больше половины из своих пятидесяти лет, Ройс все еще сохранял британский акцент, что придавало ему некий культурный лоск, мало, впрочем, сочетавшийся с гнусностью преступлений, в которых обвинялись его обычные клиенты.
Габардиновый костюм-тройка в чуть заметную полоску, блестящая лысина, покрытая ровным загаром, и крашеная черная бородка, ухоженная до последнего волоска, дополняли всем известный облик светила адвокатуры.
— Можно и так сказать, — согласился я.
— О, где же мои манеры? — спохватился Ройс. — Майк, познакомься с Дениз Грейдон — она будет помогать мне в защите мистера Джессапа.
