Окончив разговор, Босх повернулся к Макферсон.
— А ты вот что: забери мою дочку, свою, и устройтесь где-нибудь в безопасном месте. Позвонишь оттуда, и я к вам тоже пошлю людей.
— Хорошо, моя машина всего в двух кварталах отсюда, я…
— Не трать время, возьми мою. Я позвоню в школу и предупрежу, что ты приедешь за Мэдди.
— О'кей.
— Спасибо! Позвони, не забудь.
От дверей конторы донеслись сердитые мужские голоса. Очевидно, это прибыли друзья и коллеги Мэнни Брэнсона и теперь жаждали крови убийцы.
— Все, пошли, — сказал Босх.
У входа рядом с Райтом стояли двое бойцов, которые размазывали слезы по лицу. Босх обошел тело Брэнсона и тронул лейтенанта за рукав:
— Можно вас на пару слов?
Они отошли на несколько шагов. Босх не боялся, что кто-то подслушает: в небе кружило сразу несколько вертолетов с телеоператорами, и шум стоял такой, что слова трудно было расслышать даже вблизи.
— Мне нужны двое самых лучших ваших людей, — сказал Босх, наклонясь к уху лейтенанта.
— О'кей. Что вы планируете?"
"— На столе одной из жертв лежит адрес нашего главного свидетеля.
Скорее всего убийца тоже в курсе. Судя по этой мясорубке, он хочет отомстить всем, кто связан с судебным процессом, — имен там много, но свидетельница наверняка на первом месте.
— Понял. Засада в отеле?
Босх кивнул:
— Один внутри, один снаружи, и я в номере. Есть надежда, что он явится.
Райт покачал головой:
— Сделаем так: двое снаружи и двое внутри, а в номере никто не нужен, потому что он туда не дойдет. Лучше мы с вами устроимся где-нибудь повыше и будем контролировать ситуацию.
— О'кей, договорились.
— Да… еще одно.
— Что?
— Не лезьте на рожон, мои ребята все сделают сами.
Босх пристально взглянул в лицо лейтенанту.
— С ним хорошо бы поговорить… остались вопросы — насчет ночных поездок и прочего.
Райт посмотрел через плечо на агентов, столпившихся вокруг мертвого товарища, и покачал головой.
— Детектив, один из моих лучших бойцов лежит там, на полу, убитый. Я ничего не могу вам гарантировать, вы понимаете?
Босх мрачно кивнул:
— Понимаю.
41
Четверг, 8 апреля, 13:50.
Сейчас в зале суда было больше телекамер, чем когда-либо прежде. В первых рядах галереи теснились репортеры, в остальных — служащие уголовного суда, адвокаты и зеваки, которым повезло оказаться здесь вовремя.
Сара Глисон сидела с краю, недалеко от помощника судьи. Этот ряд был зарезервирован для сотрудников правоохранительных органов, и журналисты не могли туда пробиться.
