– А не много ли ты хочешь? В отличие от тебя я не предаю друзей, – вышло холодно и надменно. – И свои приказы засунь себе в… – Под укоряющим взглядом единорога я стушевалась и не договорила.
– Ты не можешь противиться, на тебе подчиняющий кулон! – взревела Атшара. – Ты обязана исполнять мои приказы, а потом отдать свою сущность мне!
Все человеческое слетело с нее окончательно. Глаза горели безумным огнем, тело начало трансформироваться, но владыка, надежно спеленавший ее своими путами, не дал обратиться, хотя я видела, как сложно ему сдерживать мощь дракона.
Если бы могла, пришла бы на помощь, но я понятия не имела, как действовать в подобной ситуации. Оставалось только наблюдать. Зато вмешалась Галина.
– Прошу разрешения использовать тьму, – обратилась она к Зару.
Тот кивнул, его рог засветился, создавая вокруг нас искрящуюся завесу. Некромантка выплеснула свою силу, темные жгуты оплели девчонку, плотно стянув конечности и не позволяя ей обратиться. Эльф облегченно выдохнул. Атшара продолжала выкрикивать приказы, сыпала проклятиями, требовала подчинения, извивалась и скалила клыки, больше напоминая умертвие, бросающееся на еду.
– Она с ума сошла? – спокойно уточнила Галина, приблизившись к бывшей подруге. Повернулась к эльфу. – Ваше владычество, разрешите мне призвать госпожу Тьму? Только она поймет, что происходит.
– Госпожу Тьму? Это невозможно, – категорично заявил эльф и шарахнулся в сторону.
– Раз уж позволили призвать темную силу, почему бы не воспользоваться услугами госпожи? – вздохнув, заметил единорог.
– Какая госпожа Тьма? Еще ни одному смертному не удавалось так запросто призывать… – надменно начал ушастый, но его прервал раздавшийся сбоку смешок.
– Лантармидаэлиэр, ты как всегда категоричен в вопросах, тебе не подвластных. – Появившаяся тень покачала головой, повернувшись к Атшаре, у которой уже пена изо рта пошла, протянула руку и коснулась ее головы. – Н-да, как все запущено. Недаром говорят, любовь толкает на безумства. Вот и пример перед вами.
– О чем вы? Она из-за любви собиралась меня подчинить? – удивилась я. – Похитить единорога, Снежу себе забрать?
– Да, именно так, – тепло улыбнулась госпожа.
Сейчас перед нами стояла красивая женщина, с которой эльф глаз не сводил.
– Не хотите ли поведать нам, что вы увидели, о прекраснейшая! – в своей манере попросил ушастый, немного растягивая слова."
"Его словно подменили. Исчезли пренебрежение и надменность, появилось нечто восторженное и одухотворенное.
