"
"— Значит, в тебе проявилось наследство прапрабабушки по линии твоей матери. Хотя Ангелина тщательно скрывала, что в ее генеалогическом древе есть такой «гнилой сучок», как она сама часто говорила.
Зато пока я узнавала интересные факты о собственных предках, Тэд, массируя висок, задал очередной вопрос:
— Вы точно не маг? Можете это подтвердить?
— Могу поклясться чем угодно, — горячо воскликнул папа, а затем, опомнившись, грустно добавил: — Хотя в моем положении выбор не велик. Но пусть меня ожидают развоплощение или вечные муки нави, если я лгу.
Ловец напомнил мне сейчас акулу, почуявшую в воде лишь каплю крови и устремившуюся к цели:
— Тогда кто заточил вас в плетение барьера? Вернее, вместо какой души, что должна отбывать там свой срок?
— Я не видел того, кто меня поймал, но это произошло практически сразу же после моей смерти, в лабиринте. Утянули, как котенка за шкирку, в шкатулку из мертвого дерева, а когда выпустили, то я оказался уже в клетке нитей барьера. Вместо кого? А смрад его знает!
У меня в голове не укладывались слова папы.
— И готовы поклясться в этом? — Тэд еще спрашивал, а его глаза уже лихорадочно бегали по комнате.
— Да, — горячо подтвердил откц.
Но вместо того, чтобы стребовать клятву, ловец с досадой произнёс:
— Уже нет времени! Они появиться через несколько секунд. Быстро вселяйтесь в кошку, — и уже рыжей: — Бариста, потерпи, в живом найти душу гораздо труднее.
Призрак и не думал возражать, в отличие от возмущенно мяукнувшей усатой.
— А теперь ты, раздевайся и живо в постель! — он почти проорал мне, замершей соляной статуей посреди комнаты.
Сам ловец за секунду стянул с себя остатки одежды и пинком задвинул их под кровать, оставшись в костюме новорожденного.
Я, не понимая, что происходит, вцепилась в ворот халата.
— Или ты сейчас мне подыграешь, или нас упекут в тюрьму. А твоего отца — обратно туда, откуда я его только что достал, — с этими словами он сдернул с меня халат и повалил на кровать.
Я охнула, когда он навалился на меня, впиваясь в шею поцелуем, и тут раскрылась воронка. В комнату вошло сразу трое ловцов с силовыми арканами на изготовку.
Он.
Скрипнул стул. Он откинулся на спинку и свел пальцы: большой с большим, указательный с указательным, мизинец с мизинцем. Легкие, пружинящие движенья, словно меж ладоней зажат мячик.
Ему всегда так думалось легче всего. Как будто весь мыслительный процесс был сосредоточен на кончиках пальцев.
