Такому легко скользнет в ладонь туз, чтобы потом перекочевать до нужной минуты под манжету, или пара королей обзаведется меткой на ребре рубашки.
На улицах, в бытность щипача, Тэд видел подобное мастерство не раз, и то, чем заканчивали такие умельцы, не успей вовремя смыться с кушем — тоже. Но сейчас задача ловца была отнюдь не поймать каталу за руку. Потому Тэд сделал вид, что не заметил, как виртуозно ему подсунули не ту карту, очередь которой шла. «Наверняка мелочевку скинул, стервец», — про себя подумал ловец, беря сданные карты.
Он оказался прав. Благодаря стараниям носатого ему в руки прыгнула лишь пара шестерок.
Впрочем, Тэд не сильно отстал от рыжего с тощим. Те хоть и не кривили лиц, но ловец кожей ощущал их недовольство.
Догадка относительно того, что пришло к двум другим «обуваемым» оказалась верной, когда все вскрылись. У обладателя браслета был марьяж, у надменного аристократа — и вовсе старшая карта, к которой даже товарку — и то не поставишь. Зато у носатого красовалось целых две пары.
— Без обид, — с этими словами он сгреб тэдовы сто талеров.
Зато во второй партии ловец уже не филонил. Блеф против блефа. Ложь против лжи. Вкус яблочной оскомины на языке, щедро разбавленной лимоном.
Казалось, что даже воздух меж шулером и ловцом заискрился. И рыжик, и лордообразный спасовали, поняв, что и сейчас победы им не видать, а вот катала и бывший щипач сверлили друг друга пристальными взглядом.
— Откуда же ты такой взялся? Раньше тебя здесь не видел, — держа перед собой веер карт, вопросил носатый.
— Откуда взялся, туда не вернусь, — ответил расхожей среди выходцев из рудного квартала фразой Тэд и жестко усмехнулся. — А вот ты кто такой?
— Я, в отличие от залетных, здесь постоянный клиент. Руферта тут все знают."
"— Интересное имя, прямо как рафинад, — задумчиво протянул Тэд, про себя подивившись везению. Пальцем в небо, а попал.
Сейчас оба противника были обманчиво расслаблены. Как два тигра, что неспешным шагом ходят по кругу, глядя на противника, чтобы в следующий момент сцепится в отчаянном броске.
Они оба поняли, что стоят друг друга.
— Занятно слышать рассуждения об именах от того, кто не представился.
— Теодор, — в свою очередь ответил ловец.
— Ну, Теодор, берешь прикуп или вскрываемся?
— А может, поднимем ставки? Скажем, имя против имени? — Тэд бил наверняка. Проиграть имя… что для аристократа, что для уважающего себя каталы равносильно отрубанию руки: жить можно, но жизнь уже точно никогда не будет прежний. Свои же заклюют.
