– Что ты здесь делаешь? – интересуюсь слегка осипшим от волнения голосом, громко сглатывая невидимый комок, застрявший в горле.
– То же самое могу спросить и у тебя, – Рома подходит довольно близко, пользуясь моим временным ступором. – Я так понимаю, птичка Гончарова к тебе в гости наведалась?
Ах, вот оно что! Настя сводницей, значит, заделалась? Решила столкнуть нас с Валевским на Мальдивах – здесь же бежать некуда.
Теперь становится понятным и ее веселое настроение, когда она дарила мне путевку, и негромкий вопрос Захара про то (если я правильно понимаю), рядом ли мы живем с Валевским или нет.
Вот же, интриганы!
– Подстроили, значит, да? – делаю руки в боки, внутри мгновенно закипая не на шутку. – Уговорил мою подругу, чтобы заманить меня сюда? – чеканю каждое слово, так как эмоции бьют через край.
– Скорее, она меня, – усмехается Рома, засовывая руки в карманы шорт. – На пару со своим супругом, таким же аферистом, как и его ненаглядная птичка.
– А ты, конечно же, не смог отказать Настене и приперся сюда на девок в купальниках поглазеть, – моя пламенная речь больше похожа на ревность, чем на возмущение, но сдерживаться и дальше не получается.
Так и хочется треснуть по надменной физиономии парня, чтобы стереть с его лица ехидную улыбку.
– Так и ты, я смотрю, не терялась, – Рома делает шаг и наклоняется, шипя мне прямо в лицо: – За новым женихом на Мальдивы прилетела?
– Идиот! – толкаю его в грудь, чтобы отступил. – Чтоб тебя черти слопали! – выдаю на одном дыхании, не учитывая лишь одного факта…
…Когда нервничаешь, грудь от частого дыхания ходит ходуном, и тоненькая маечка ее плотно обтягивает, выставляя напоказ часть моих прелестей, куда жадно впиваются глаза Валевского.
На скулах у парня играют желваки, и он вот-вот тоже взорвется от переизбытка эмоций.
– Голубева, не беси меня! – цедит сквозь зубы, сдерживая ярость, словно еле балансирует на грани.
Какой же он красивый, кто бы только знал! Надо же, пять минут назад готова была его прибить, а сейчас восхищаюсь.
Потому что, несмотря ни на что, я его люблю. И не желаю никого другого.
– Больно надо, – якобы безразлично фыркаю в ответ, однако Рома продолжает на меня давить, наступая.
– Я только что прилетел, голова трещит по швам, – делает паузу, не сводя своего пристального взгляда теперь уже с моих губ. – У меня сейчас лишь одно желание – завалиться на кровать и поспать часов двенадцать.
