– Удачи! – кричит она мне вслед, а я с хорошим настроением несусь к внедорожнику. Закидываю цветы на заднее сиденье, усаживаюсь за руль и трогаюсь с места – главное, чтобы Карина дома была, хотя я готов свою пропажу искать сутками напролет.
Знать бы наверняка, где именно она может прятаться, но я пока полон оптимизма – Карина не станет от меня бегать, а встретится со своими трудностями лицом к лицу.
Поэтому, когда звоню ей в дверь, сердце бешено колотится, однако хорошее настроение никуда не пропадает – сейчас, еще немного, и моя красавица появится на пороге.
Стрелки часов летят, как ненормальные, однако ни на мои звонки, ни на уже громкий стук кулаком по железной поверхности девушка не реагирует.
– Карина, открой! – кричу, в надежде хоть так заставить мою строптивицу выйти из своей норы. – Я не уйду, пока мы не поговорим."
"Сердце снова замирает в ожидании чуда – замок проворачивается, дверь широко распахивается, и на пороге появляется Карина, замотанная в банное полотенце – волосы хаотично собраны в пучок, на лице ни грамма косметики, но она все равно остается самой красивой и желанной для меня.
При виде любимой девушки кровь начинает бурлить по венам все быстрее.
Кстати, без косметики на лице Голубева мне нравится намного больше, особенно возбуждает ее сонная физиономия по утрам и нежная, полусонная улыбка со словами «Привет».
– Ты куда сбежала? – я без приглашения захожу в коридор, немного задевая Карину плечом, и закрываю за собой дверь, пока девушка пребывает в изумлении от моей наглости.
Да, крошка, я такой. Когда-то умный человек сказал, что лучшая атака – это нападение, вот я и решил последовать совету знающих людей. А чего, спрашивается, мелочиться – сейчас решим все недоразумения одним махом и помиримся, хотя и причины для ссоры я особо не вижу. Но женщины – существа ранимые, поэтому без откровений не обойтись.
Ладно, мне не сложно рассказать всю правду – это самое простое, что я могу сделать в данной ситуации.
– Валевский, ты совсем обнаглел? – Карина, наконец-то, отмирает, а я в ответ, чтобы снова вогнать девушку в ступор, вручаю ей огромный букет алых роз, наклоняюсь и целую ее в щеку.
– Я тоже очень соскучился, – улыбаюсь, однако Голубева не разделяет моего веселья.
Метает в меня молнии глазами, которые наливаются кровью, и швыряет мне цветы прямо в грудь.
Ну, всё, кажется, началось – сейчас грянет гром, задрожат стены, а мои нервы сдадут окончательно.
