– И куда мне привезти деньги? – аккуратно спрашиваю и замираю в ожидании ответа. Только бы сказал, только бы…
– Я перезвоню….
– Подожди! – ору в трубку, но в ответ слышу лишь короткие гудки. – Твою ж…
А спустя несколько секунд, когда я набираю последнего абонента из списка вызовов, женский голос уверенно мне сообщает, что поговорить вновь нам не светит.
– Рома! – Виктор Михайлович движется ко мне, а я швыряю на стол телефон.
– Ублюдок! – вскакиваю с места, но начальник службы безопасности останавливает мой порыв.
– Мы его засекли.
Я резко останавливаюсь посреди кабинета, до конца не веря услышанному – черт бы побрал эти эмоции, которые мешают сейчас трезво рассуждать и взвешивать любые, даже необдуманные поступки!
Мысли постоянно путаются, не желая складываться в единую картинку – как ни крути, а последствия могут оказаться плачевными, если я ошибусь или не дай Бог разозлю старшего брата, а он, в свою очередь, причинит вред моей любимой девушке.
Именно любимой – почему я раньше ей в этом не признался?
– Где? – одно слово, которое вылетает прямо из груди, заставляет начальника безопасности немного вздрогнуть.
Мой голос хрипит, пристальный взгляд прожигает мужчину насквозь, но я и не собираюсь сейчас взвешивать свои слова или пытаться понять чувства своего собеседника. Главное – успеть вовремя, а остальное…
– Юго-западное направление, возле какой-то деревни Ба… – он запинается, пытаясь вспомнить, а я в это время и сам напрягаю память, чтобы не пропустить ничего важного.
– Бес…, – Виктор Михайлович снова делает паузу. – Бус…
– Брусникино! – выдаю я резко, и мужчина в ответ щелкает пальцами.
– Точно!
– Всё, я поехал туда, – резво разворачиваюсь и даже успеваю сделать шаг, однако мой собеседник ловит меня за руку, заставляя остановиться и снова на него посмотреть.
Вот только нотаций и нравоучений мне сейчас и не хватает для полного счастья – неужели он не понимает, что дорогая каждая минута?
Хрен поймешь, что в голове у моего на всю голову ушибленного братишки, и рисковать здоровьем или жизнью Карины я не имею никакого морального права.
– Ты хоть знаешь, где именно в этой деревне искать? – не унимается Прокофьев, не выпуская моей руки из своей железной хватки.
– Знаю, – выдаю, глядя прямо мужчине в глаза, от чего тот лишь приподнимает одну бровь в немом изумлении. – Если мне память не изменяет, то второй дом с краю в конце самой широкой улицы.
