— Вон в той стороне Париж, — сказала она. — Если бы он был ближе, мы смогли бы его увидеть…
Я посмотрела на извивающуюся внизу реку. Из воды торчали острые скалы и округлые валуны, а по берегам желтела мать-и-мачеха.
— Вы боитесь высоты, Кейт? — спросила она.
— Нет.
— Тогда почему не подходите к краю? — Она выпустила мою руку и сделала шаг вперед. — Идите сюда, — скомандовала она, и я подошла к ней. — Посмотрите вниз.
Я посмотрела и подумала о том, что если бы она бросилась вниз, то у нее было бы очень мало шансов выжить.
Принцесса была совсем рядом. Теперь она стояла у меня за спиной и шептала:
— Представить себе, как падаешь… падаешь… короткий крик… безумное ликование… Несколько секунд, и все позади. Все…
Внезапно меня охватила паника. Зачем она меня сюда привела? Что означают все эти разговоры? Что она хочет этим сказать?
Она знает, что Кендал — сын Ролло, подумала я. Должно быть, считает, что в Париже мы были любовниками, а возможно, продолжаем оставаться ими и сейчас.
Она ненавидит его.
Но ей все равно должно быть обидно, что он любит меня. Что всем известно, как сильно он любит моего сына…
Принцесса Мари-Клод импульсивна и склонна к истерии. Испытания, через которые ей пришлось пройти, выйдя замуж за Ролло и выносив ребенка от другого мужчины, не могли не подкосить ее физическое здоровье. Но не повредили ли они также и ее рассудок?
В течение нескольких секунд я была уверена, что она привела меня сюда, преследуя какую-то цель, и что этой целью вполне могла быть месть. Мне? Скорее, ему.
Если она считала, что он любит меня, то самым сильным ударом для него стала бы моя гибель.
Это так легко. Мою смерть назвали бы несчастным случаем. Земля осыпалась… Она поскользнулась… Подошла слишком близко к краю…
Сейчас… Сейчас она толкнет меня вниз… в забытье.
Я резко обернулась и отступила от края обрыва.
Она смотрела на меня неподвижным взглядом, в котором можно было прочитать покорность судьбе.
— Вы стояли у самого края, — произнесла она, как будто упрекая меня. Затем издала нервный смешок.
— В какой-то момент вы меня напугали. Я почти… увидела, как вы падаете… Вернемся к лошадям. Я дрожу… от холода. Сейчас не то время года, чтобы долго рассиживаться на траве.
Муки выбора"
"Этот эпизод потряс меня до глубины души. Мне удалось как-то убедить себя в том, что опасность была воображаемой, но я все равно пыталась до мельчайших подробностей воспроизвести все, о чем мы тогда говорили и что происходило, пока мы стояли на краю обрыва.
