В душе клокотала ярость… и все же мне не удавалось справиться с явным, хотя и не поддающимся определению томлением.
— Оленина хороша, не правда ли? — произнес барон. — Славно потрудилась наша старуха. Она ни в чем не виновата… да и кучер тоже. Они всего лишь исполняли приказ.
— Я знаю."
"— Так что им не оставалось ничего другого, кроме того, чтобы в точности выполнить все мои указания. Что они и сделали.
— По велению всемогущего барона.
— Вот именно. Можешь во всем винить меня, но когда бесхитростные девственницы лишаются своего главного — какая чушь! — достояния, в этом все же есть и определенная доля их вины.
— Приберегите свои грубые шуточки для тех, кто способен их оценить.
— Хорошо, — кивнул барон. — Но ты здесь, Кейт. И как же оказалось легко заманить тебя в ловушку! Ты ведь могла и сама узнать насчет поездов… а не попадаться на такой примитивный крючок. В Париже ты была намного смекалистее.
Я молча уставилась на него.
— А, наконец-то мне удалось завладеть твоим вниманием!
— Вы говорите о том фиакре?
— Это было достаточно неуклюже, согласен.
Слишком очевидно и рискованно. Тебя необходимо было провезти через весь Париж, и ты этого не допустила. Ты уже достаточно хорошо знала город и поняла, что тебя везут не туда, куда надо. А потом ты выпрыгнула. Это было очень опасно. Зная парижских возниц, удивительно, что на тебя никто не наехал. Да, тот план был явно неудачен. Недостоин меня. Экспромт, порождение врожденного авантюризма. Я почти сразу понял, что этот план слишком груб и может осуществиться только в том случае, если уж очень сильно повезет.
Мой кучер следил за тобой несколько дней.
— Значит, вам именно это было нужно?
— Разумеется.
— И вы давно уже вознамерились изнасиловать меня?
— Достичь своей цели к нашему обоюдному удовольствию.
— Вы — чудовище.
— Сошедшее с фасада Нотр-Дама.
— Если бы мне сказали, что современные мужчины способны на нечто подобное, я бы не поверила.
— Твои сведения о мире весьма ограничены.
— Видимо, я жила среди цивилизованных людей, пока…
— Пока не встретилась со мной.
Ты, безусловно, права. Увы, моя милая Кейт, ты стала жертвой гнусного негодяя.
— Я взываю к вашей чести… к вашей порядочности… Умоляю, отпустите меня.
— Нет никакого смысла взывать к тому, чего не существует. Но если бы я и отпустил тебя сейчас, ты все равно не смогла бы вновь стать той, которой была до прошлой ночи.
— Я всего лишь хочу уехать отсюда, попытаться забыть о вашем существовании… и никогда, никогда больше вас не видеть.
