Отец сказал, что раньше они вели в более не существующие помещения над сводом башни.
— Мы почти пришли, — заверил ее Томас Ловетт. — Совсем чуть-чуть осталось.
Они приблизились к низкому дверному проему, не более четырех футов высотой. Здесь дверь уцелела.
— Пропусти меня вперед, — велел отец.
Кэт посторонилась. Томас Ловетт протиснулся мимо нее. Достав ключ, он поднес фонарь к замочной скважине, отпер дверь и распахнул ее настежь.
Их сразу обдало свежим воздухом. Кэт почуяла запах реки. Тут до нее донесся протяжный слабый стон.
Должно быть, ветер завывает.
Господин Ловетт пролез через дверной проем и обернулся."
"— Заходи, — нетерпеливо бросил он. — Держись правой стены.
Кэт последовала за ним и оказалась на открытом воздухе. У них над головами раскинулось затянутое тяжелыми тучами темное небо. Кое-где в просветах мелькали далекие звезды. Некоторое время Кэт стояла неподвижно, дожидаясь, когда глаза привыкнут к свету. Она вдохнула свежий соленый воздух. Единственным долетавшим сюда звуком был шум ветра.
От Тауэра на востоке до сиявших вдалеке огней Уайтхолла и Вестминстера на западе весь гомон и суета остались внизу. Кэт никогда не видела Лондона с такой высоты, тем более не покидая пределы Сити.
Еще один стон. Но нет, это не ветер. Звук совсем близко.
— У меня для тебя сюрприз, Кэтрин, — объявил отец. Казалось, ему весело. — Поздоровайся с дядюшкой Олдерли.
Стоны раздавались совсем близко, меньше чем в одном шаге от Кэт, возле двери, ведущей на лестницу. Девушка отпрянула, врезавшись спиной в каменный парапет.
Она взмахнула рукой, пытаясь нащупать опору, и задела плечо отца. Томас Ловетт схватил ее за запястье и вдруг ахнул.
Какой-то маленький металлический предмет отскочил от каменного карниза, на котором они стояли.
Внезапно снова наступила тишина, нарушаемая только завываниями ветра. Воцарилось неестественное молчание. Все трое — Кэт, ее отец и дядя Олдерли — затаили дыхание и замерли, сами толком не понимая, чего именно дожидаются.
Оказалось, ждали они звона металла, ударившегося о камень в двух сотнях футов под ними, на дне пустой сердцевины башни.
Глава 49Мы с Хэксби прошли через ворота и поднялись по Ладгейт-хиллу к собору Святого Павла. Было уже начало седьмого. Я не стал рассказывать чертежнику об исчезновении Олдерли — это не моя тайна, к тому же я и без того рискую навлечь на себя гнев Чиффинча.
Собор напоминал покинутую крепость. Стены все так же отвесны и высоки, оставшиеся после Пожара зияющие провалы скрыты заграждениями.
