Но это были не вы.
Длинные пальцы правой руки Хэксби сомкнулись на подлокотнике. Костяшки побелели.
— Думаю, что Кэтрин Ловетт забрал отец, — продолжил я. — Томас Ловетт. Цареубийца. Вы хорошо его знали, сэр? Я имею в виду, в прежние времена.
Хэксби не отвечал.
Готовый впасть в отчаяние, я продолжил:
— Сэр, мой родной отец пострадал за ту же веру, что и Томас Ловетт, и заставил страдать за нее своих родных. И все же я сочувствую подобным людям. Многие из них были благородны и честно служили своему делу.
— А вы? Какой точки зрения придерживаетесь вы?
— Я считаю, что прошлое нужно оставить в прошлом. Старые времена миновали. Жизнь меняется, и нам следует меняться вместе с ней.
— Есть люди, которые никогда не меняются, — устало возразил Хэксби. — Они тверды как скала.
— А госпожа Ловетт? Она тоже тверда как скала?
И тут господин Хэксби наконец оставил притворство.
— Эта девушка не похожа на отца, и очень сомневаюсь, что она разделяет его верования. Однако она унаследовала некоторые из его талантов.
Но какое вам до нее дело? Почему вас так волнует ее судьба? Не все ли вам равно, что с ней станется?
— Тетя Кэтрин, госпожа Олдерли, просила меня разыскать племянницу и привести ее домой. Она привязана к этой девушке и не хочет, чтобы та попала в беду. И, кроме мужа, у нее еще есть влиятельные друзья.
— Вы правительственный шпион?
— Нет, сэр, — ответил я. — Я служу секретарем у господина Уильямсона. Помогаю ему издавать «Газетт».
— Значит, вы все-таки пляшете под дудку правительства, господин Марвуд?
— Нет, сэр.
Я просто зарабатываю на жизнь. Мой отец нездоров. Я должен обеспечивать нам обоим пропитание и крышу над головой.
Хэксби встрепенулся:
— Разве место дочери не рядом с отцом?
— Только не этой дочери и не с таким отцом. — Я подался вперед. — Сэр, я не знаю, каким господин Ловетт был раньше, но мне известно, кем он стал. За эти два месяца он убил не меньше трех человек, в том числе слугу господина Олдерли, который его выследил, и своего бывшего соратника, человека по фамилии Снейд.
— Снейд? Портной? Я его знал. Однажды, еще при Оливере, он сшил мне камзол.
— В прошлом месяце тело Снейда выловили из Флит-Дич.
— Он утонул?
— Нет, сэр, — ответил я. — Ему в голову вонзили кинжал, и убийца явно знал свое дело. Со слугой расправились точно так же. В обоих случаях большие пальцы жертв были связаны.
Хэксби изменился в лице. Я прочел в его взгляде страх.
— Вы сказали, что Ловетт убил троих.
