А рынок и услуги для меня – это мешок с семечками и вызов такси.
– Но гипнозу учат в мединституте, а лицензии экстрасенсам вроде бы выдают в Минздраве, Институте психиатрии.
– Никогда не выдавал ничего такого. И вообще сомневаюсь, что люди, реально обладающие серьезным, даже опасным даром, испытывают нужду в бумажке с печатью. Вольф Мессинг с легкостью внушил охранникам Кремля, что он – Лаврентий Берия, и без всякого пропуска вошел в кабинет к Сталину. О том, как Ванга смотрела сквозь годы и расстояния, я знаю со слов академика Натальи Бехтеревой, которая однажды без предупреждения, без личных связей, как говорится, встала в огромную очередь к ней на прием и вдруг услышала, как эта слепая старушка громко кричит из своего домика: «Наталья, ты пришла!» А один знакомый, занимавший в свое время серьезный пост в спецслужбах, рассказывал, что все разработки спецслужб в сфере влияния на человека – это крохи со стола этой самой беспомощной старушки.
Я к тому, что при наличии настоящего дара газеты с объявлениями, лицензии с печатями – ненужная суета.
– Если речь идет о даре, возможностях, то суеты не нужно, конечно. Но речь идет еще и о бизнесе, захвате рынка, потоке клиентов, легализации странной, мягко говоря, деятельности в относительно правовом поле. Сейчас человек, обладающий таким даром, вряд ли захочет кричать из убогого домика, как Ванга. А без бумажки он замучается давать взятки милиции.
– Возможно. Но тут я просто полный невежа. И не имел счастья познакомиться хотя бы с одним экстрасенсом.
Так что извините, что не оправдал надежд.
– И вы меня тоже простите, – уныло сказала Дина. – Я ухожу.
– Подождите, – вдруг вскочил с кресла профессор. – Я вспомнил один забавный случай. Пожалуй, я знал особу с необычными способностями. Была у нас студентка с красивой фамилией – Оболенская. Да и сама она была невероятно эффектной девицей. И вот однажды моя коллега, строгая такая дама, принимает у этого курса экзамен. Заходит очень скромный, воспитанный молодой человек, отличник, берет билет, садится, готовится отвечать.
Потом подходит к столу преподавателя. И вы представьте: начинает раздеваться! Пиджак снимает, рубашку, брюки, ботинки. Взялся за носки. Тут на вопль преподавателя сбежалась куча народу, парнишку вывели, за ним вынесли одежду. Он спокойно оделся, вернулся к экзаменаторше и спрашивает: «Так мне отвечать? Или вы и дальше орать будете?» Особо смешливые в этот день отвечать, конечно, не могли, так их разбирало.
