Но траектория «снаряда» оборвалась в нескольких сантиметрах от моего лица. Кулак с силой врезался в энергетическое поле, будто в бетонный монолит. Раздался хруст пальцев, запястье подвернулось, выворачиваясь из сустава. Вожак истошно закричал, отпрыгнул назад и, подхватив обвисшую руку другой, прижал к груди, укачивая, как плачущего ребенка.
– Что с тобой, Лостр? Что он тебе сделал? – «Шкаф» откинул могучий корпус назад и всем телом послал вперед голову, целясь лбом мне в переносицу. Такой удар всегда надежно выводит противника из строя.
Но не сейчас. На этот раз он с маху разбил себе лицо и, залившись кровью, опрокинулся на неровную мостовую.
Низкорослый крепыш не стал повторять ошибки приятелей, а совершил собственную: воспользовался ножом! Его рука описала стремительный полукруг – длинный клинок должен был неожиданно вонзиться мне в правый бок, но почему-то сломался, а соскочившая с рукояти рука была до кости распорота лезвием уцелевшего обломка… Он громко заорал, хлынула кровь…
Теперь конкретика стала осязаемой, и те, кто был способен воспринимать окружающую действительность, наконец-то все поняли.
Вожак и крепыш, громко причитая и отчаянно ругаясь, бросились наутек, оставив лежащего без сознания «шкафа» на произвол судьбы. По законам, которыми руководствовались такие типы, я должен был добить раненого, и они уже вычеркнули его из числа живых.
Я убрал защиту и протянул руку назад.
– Клайда, пойдем, пока не приехали защитники.
Холодная дрожащая ладонь вцепилась в мою.
– Кто?!
– Народные защитники, – конкретизировал я.
– А-а-а… Пойдем быстрее, я чуть не умерла от страха! Как ты это сделал?
– Что сделал?! Я стоял и не двигался. Они сами все делали…
– Ну, да, конечно, – неуверенно сказала она. И тут же спросила: – А что они делали?
– Как что? Перебили друг дружку в темноте.
– А, ну да, конечно… Побежали, в другой раз так не повезет!
И мы побежали, хотя вокруг уже не пахло опасностью.
* * *Я сплю чутко и все же проснулся вторым.
Наверное, потому, что чувствовал полную расслабленность. Обнаженная Клайда стояла у окна и, прижавшись к стеклу, смотрела наружу. Ей пришлось облокотиться на подоконник и слегка наклониться, так что в лучах восходящего солнца выглядела она весьма соблазнительно. Узкая спина, тонкая талия, округлые бедра, длинные красивые ноги, рассыпавшиеся волосы… Она была похожа на модную в двадцать первом веке земную куклу.
