Однообразие цвета компенсировалось буйством красок окружающей природы. Красные, зеленые и фиолетовые деревья, яркое голубое солнце, раскинувшее в стороны длинные щупальца протуберанцев, разноцветные облака…
Настроение улучшилось. Как бы сотрудник Дальнего Контроля себя ни чувствовал, его глаза всегда должны смотреть уверенно и спокойно. Так было, даже когда хотелось выть от тоски или приходилось балансировать на грани жизни и смерти. Специальный отбор кандидатов и многолетние тренировки этому способствовали.
Я шел, автоматически перепрыгивая трещины в тротуаре, легко обгоняя попутчиков и уклоняясь от столкновения со встречными.
В районах основного проживания граждан второй категории людей было гораздо больше, чем машин. По проезжей части в основном катились запряженные скалерами повозки, самокаты и некие подобия велосипедов. Народу машины не нужны, а вот слуги народа ими пользуются. В синих кварталах наоборот: трудно встретить пешеходов. В красных кварталах никто не бывал, в зеленых не всегда было электричество, а в черных даже удобства отсутствовали.
Так что условия жизни в желтых кварталах, по местным меркам, вполне приемлемы. Впрочем, обитатели зеленых и черных районов тоже так считают – во всяком случае, о фактах протестов против условий жизни мне ничего не известно.
Надо сказать, что Навоя – планета довольных. Ни массовых волнений, ни забастовок, ни оппозиции… Все жители прекрасно знали, что Народный комитет (что-то типа местного Правительства) денно и нощно печется об их благосостоянии, и оно с каждым годом повышается.
Пусть медленно, но зато неуклонно. А те, кто не знал, мог прочитать это на огромных транспарантах, развешанных повсюду и рассказывающих о победах и достижениях. Прочитать об успехах можно было и в газетах, услышать по радио… А если кто-то не хотел знать столь старательно вбиваемых в голову вещей и оставался недовольным, то им занималась тайная полиция.
Я подошел к остановке, смешался с небольшой толпой аборигенов, ожидавших общественный транспорт единственного маршрута, и по привычке стал прислушиваться к их разговорам.
Именно в таких местах можно подслушать обрывки фраз, отражающих подлинные настроения всегда веселых и довольных навойцев.
– Эти щупальца Тора меня пугают. (Тихо.) Но я верю газетам, что это не представляет опасности. (Громко.)
– Если коллектив одобрит перевод, то я буду получать на двадцать монет больше. Но не знаю, получится ли.
– Получится. Мы живем в справедливой стране! (Последняя фраза громко.
