Но этого оказывается достаточно: он отступает на несколько шагов и срывается в пропасть. В косых лучах заходящего Тора я вижу, как нелепая фигурка, раскинув руки, летит вниз вдоль отвесного края скалы, золотая маска ярко бликует в солнечных лучах, полы халата развеваются, как нижние крылья четырехкрылой птицы, которые не могут ее удержать… Доносится отчаянный крик, который, впрочем, быстро обрывается…
На обратном пути задумываюсь: зачем я это сделал? И не нахожу никакого рационального объяснения. Кроме одного: белый дым пробуждает агрессию и повиновение приказам!
Клайда радостно бросается мне навстречу – так и подобает спасенной принцессе встречать своего освободителя.
Наконец-то! Когда мы расплели объятия, я посмотрел в сторону раненых и обнаружил, что раненых здесь нет – только скорченные тела убитых. И копье, которое я бросил на землю, сейчас косо торчит возле одного из них.
– Что тут произошло?
Она пожимает плечами.
– Они не захотели жить.
– Почему?
– Это высокопоставленные чиновники, они отвечают за своего хозяина.
Которого ты сбросил вниз.
– Я?! Ну да… И что? Они вдруг сами умерли?
– Какое нам до них дело! Пойдем, я хочу пить. А про этих забудем. Хотя тот старик был прав: я пережила самые острые ощущения в своей жизни!
– Что ты имеешь в виду?
– Не важно. Пойдем. – Она взяла меня за руку и повела за собой.
Из-за каменных фигур навстречу нам неожиданно вышли два матерых лупара – они были раза в полтора выше земных волков. Я поднял копье, но они угрюмо разошлись в стороны, исчезнув за причудливыми обломками скал.
Очевидно, они знали, что их ждет добыча, которую можно взять без боя.
Ночь прошла спокойно: никаких вмешательств в нашу жизнь извне не последовало. Возможно, потому, что вмешиваться было некому, а если таковые и остались, то, очевидно, узнали о том, что произошло на площади каменных фигур… Против ожидания, Клайда не проявила интереса и к «игре», чему я был рад, ибо чрезвычайно устал и физически, и морально.
Утром позавтракали остатками вчерашней еды, запили кипятком.
Я дал Клайде свой грязный изодранный пиджак, «на всякий случай» сунув в карман завернутую в свежий лист половину оставшейся рыбьей тушки. Затем неспешно двинулись к канатной дороге. По пути зашли к «фармацевту», который что-то варил на своем костерке и совершенно не удивился нашему приходу.
– Вы принесли мне еду? – как ни в чем не бывало, спросил он. Сегодня он был в своем странном колпаке, то есть в полной форме. Наверное, она придавала ему уверенности.
– Нет.
