Центр реагирования - единый штаб, куда стекалась информация от всех ведомств. Физически располагался в паре зданий отсюда и сейчас между ними тянули прямой телефонный провод, но пока переговариваться приходилось по рации. Их нашли быстрее, чем раритетные телефонные провода и аппараты. Зенде выдохнул дым и взял рацию в руку.
- ""Командующий"" на связи. Приём.
- К воздушным границам подходят чужие самолёты. Шестнадцать единиц, идентицировать невозможно. Судя по скорости, что-то из последних моделей. Приём.
Хесал делает глоток кофе.
""Последние модели"". Вся роботизированная техника сейчас под контролем ИИ. Зачем он ведёт их сюда? Противопоставить им сейчас совсем нечего. Вся система ПВО - несколько старых установок, которые перевели в локальный режим и буквально вырезали оттуда всё, что могло принять посторонний сигнал.
- Открыть огонь на поражение. Бейте всем, что есть. Конец связи.
На том конце канала связи подтверждают приказ и замолкают. Две минуты проходят в тишине, нарушаемой только звуком сгорающей сигареты.
Сразу после первой генерал закуривает вторую. Ждёт. Рация снова взрывается хрипящим голосом.
- Они выпустили ракеты! Скорость на сверхзвуке, мы не можем сбить ни одной. Какой будет приказ? Приём.
Зенде затягивается. Сверхзвук. Сколько это в данном случае? 25 километров в минуту? 30 километров? Он берёт рацию в руку.
- Говорит ""Командующий"". Приказ всем частям - покинуть городскую черту. После моей гибели командование переходит к генералу Лесте Матто. Донести до сведения всех соединений.
Конец связи.
Захватив с собой пачку он выходит на балкон. И курит одну за другой, смотря в небо. Ракеты падают на пятой сигарете. Аддис-Абеба тонет в грибе мощного ядерного взрыва.
Глава VI
Звуки издаёт женщина, лежащая на полу. Извивается, мычит, отчасти уже съехав с картонок, которые под неё подсовывала Лера. А вот мужик в дутой куртке выглядит как-то совсем безжизненно. Наклоняюсь, проверяю пульс. Действительно мёртв. Возможно, удары арматуры повредили что-то из внутренних органов.
А там как знать. Впрочем, какая разница, теперь он мёртв и с ним возиться больше не надо. Женщина снизу снова мычит. Вздохнув, наклоняюсь к ней и срываю с губ скотч. Она ойкает от боли.
- Очень холодно. Пожалуйста, дай мне куртку. Я замёрзну насмерть. И в туалет нужно.
Её кожа пол блузкой выглядит слегка посиневшей. Пробую рукой - ледяная. Думаю. Сейчас она вряд-ли представляет какую-то опасность. Замёрзшая, безоружная, напуганная.
