Книга Люфтваффельники — читать онлайн бесплатно полностью

А в это самое время его уши, предательски выходя из повиновения хозяину, самопроизвольно начинали отбивать джигу или задорную чечетку, на радость нам — охламонам в курсантских погонах, мгновенно и гарантированно выводя нас из самой глубокой и затяжной депрессии. Спасибо тебе дружище за огромное количество радости и всепоглощающего позитива, щедро подаренного тобой за все время нашей совместной учебы и продолжительной нелегкой службы.

Однако стоит отметить, что самому Виктору данный подарок судьбы был откровенно в тягость.

И он в задушевных беседах с товарищами, время от времени искренне сокрушался по поводу своей неожиданной исключительности и жалобно клял свою судьбу, которая по его словам могла бы наделить его более полезным и нужным достоинством. В принципе, его можно было понять. На малой родине, в Пилопедрищенске, все жители городка или уже привыкли к такой особенности рода Копыто, либо сами принадлежали к его многочисленным ответвлениям. Но, в военном училище, данное уникальное явление было настоящей достопримечательностью и постоянным поводом для гордости всего 45-го нашего классного отделения, всей 4-й роты соответственно и 1-го батальона в целом.

Да что там говорить, однажды, мы пытались выдвинуть Виктора в комсомольскую агитбригаду, чтобы он ездил с концертами по враждебным училищам нашего военного гарнизона и выступал с номером оригинального жанра: «Художественное шевеление ушами под ритмы популярной музыки». Не прокатило, так как наш бронелобый замполит (6-ть см.

лобовая кость, остальное — затылок) — образцово показательный марксист-ленинец, на просмотре генерального прогона этого номера так долго и бессовестно заразительно хохотал, что его пришлось обильно отпаивать водой. В результате, извели не один графин, а Виктора срочно убрали со сцены и с глаз высокого начальства. Так как одного его присутствия в поле зрения замполита, было достаточно для продолжения длительного приступа неудержимого гомерического ржания у вечно угрюмого и брюзжащего офицера. Причем постоянно всем недовольного и высокомерно — брезгливо смотрящего на курсантов заплывшими жиром глазками.

В результате, когда несанкционированная и продолжительная истерика у политического полковника, наконец, закончилась и к нему вернулась способность трезво оценивать окружающий мир, он посчитал, что более гуманным будет не выпускать Виктора на большую сцену и не подрывать боеготовность наших братских училищ.