Книга Люфтваффельники — читать онлайн бесплатно полностью

— Ну, и чем же тебе, твои уши отрывать?

— Да, не отрывать! А сломать! Пальчиками, раз и все.

Лелик помял уши Копыто между пальцев, те скользили и распрямлялись, но ломаться не хотели.

— Не получается! Все, попробовали, не вышло. Угомонись!

— Как это не вышло?! У всех вышло, а у меня не вышло. Ломай!

Остальным ребятам стало любопытно, все оставили свои привычные занятия и стали подключаться к происходящему, по мере сил и желания. Рассудительный комсорг Филин, почесав свой внушительный нос, внес предложение.

— А давайте, попробуем ухо в дверном проеме зажать.

Я так в детстве грецкие орехи колол.

Сказано-сделано. Картина, стоящего на коленях Виктора Копыто с ухом, зажатым в дверном косяке, иногда посещает меня по ночам. Чтобы Витя не расхотел и не передумал, его нежно поддерживают двое ребят, а еще двое добровольцев пытаются эту дверь закрыть. Витя жалобно верещит и трепыхается, но при малейшей попытке прекратить экзекуцию, немедленно настаивает на ее дальнейшем продолжении, с обязательным завершением в виде долгожданного результата.

Так тянулось достаточно долго, пока не лопнуло терпение у Валеры Гнедовского.

— Все, хорош! Копыто, в последний раз, при свидетелях тебя спрашиваю. Ты, действительно этого хочешь?

— Да!

— Не пожалеешь?

— Нет!

— Хрен с тобой, держите его, только крепче!"

"Толпа навалилась на Витю и зафиксировала его, без малейшего шанса на движение. Гнедовский достал из своего планшета пассатижи, демонстративно поклацал ими в воздухе, перед носом Копыто.

— Не расхотелось?

Виктор зажмурил глаза и отрицательно мотнул головой.

Гнедовский поднес пассатижи к уху Копыто, аккуратно сложил вдвое хрящик и сильно нажал на ручки инструмента. Все услышали слабый щелчок, который заглушил душераздирающий вопль Виктора Копыто. Гнедовский разжал пассатижи и небрежно махнул рукой.

— Все, отпускайте.

Руки, удерживающие борца-любителя, в этот момент перешедшего в профессионалы, разжались. Освобожденный Виктор подскочил до потолка и, подвывая, завертелся, его движения были хаотичны.

Он то скакал и прыгал по учебной аудитории, то пытался присесть на стул, то запрыгивал на кафедру и бился головой о трибуну. Из его глаз брызгали и лились слезы. Именно, одновременно брызгали в разные стороны, причем на внушительное расстояние, и лились в два ручья. Слезы стекали по его пухленьким щекам, соединяясь в один мощный водопад на подбородке. Все попытки поднести руку и потрогать отекшее и посиневшее ухо, заканчивались громогласным приступом нового воя.