Вспомним, что фаворитка Генриха IV, французского короля, имевшего на своем веку, по подсчетам скрупулезных биографов, пятьдесят шесть фавориток за двадцатишестилетнее правление, графиня де Грамон привлекла его внимание именно необыкновенно пышной свитой, в числе которой карлики и шуты перемешивались с высоченными маврами, обезьянками и разными диковинными зверушками.
Русский царь Федор Иоаннович каждодневное вечернее время до ужина проводил вместе с царицею в увеселениях, на которых карлики и шуты мужского и женского пола кувыркались перед ним, пели песни, дрались, и это была его самая любимая забава.
Карлики и карлицы ходили в специальных одеяниях, в которых преобладали зеленые, желтые и лазоревые цвета. Носили они красные или желтые сапоги, куртки, епанчи и немецкие кафтаны, а вместо шапок ермолки. Их каждодневной работой было ухаживание за царскими попугаями.
Еще одна важная обязанность карлика, о которой мы уже вам раньше немножко рассказывали: быть живой начинкой пирога.
Но пока такие карлики из начинки вылезут и грациозно на столе начнут менуэт танцевать, какие муки они должны были испытать! Сидит такой карл в своем вкусном плену, а у самого поджилки от страха трясутся. Вот как описывает свое заточение в пироге карл Генриэтты-Марии: «Мне было не до смеха, когда я очутился в пироге, хоть и столь огромном, что я мог растянуться в нем во всю длину. Меня окружали, словно в гробнице, стены из жесткой корки, а надо мной разместилась огромная лепешка из крема — это был настоящий саркофаг.
Сидя в своем темном убежище, я боялся, что какой-нибудь неловкий слуга может уронить меня или что проголодавшийся гость, не дожидаясь моего воскрешения, проткнет меня ножом. А тут еще пришел герцог Бекингем и сказал, что он любит горячий пирог и велел на пять минут посадить в печь. Повар отказался»[107]. А если бы не отказался?
Но нам кажется, дорогой читатель, что не совсем нормальное, а что-то даже патологическое есть в настойчивом желании монарших особ женить своих шутов ли, карлов ли друг с другом и с нетерпением ждать от них потомства.
Екатерина Медичи, эта властолюбивая леди Макбет французского двора, отравившая не одного человека из-за каких-то там политических интриг, всю жизнь была занята странным экспериментом: женила карлов на карлицах и с нетерпением ожидала от них рождения детей.