– Ты хочешь сказать, что мы должны все забыть, раз это было… не так уж и давно, кстати?
– Я бы попросил вас мне не тыкать, товарищ, – сказал Киселев, глядя в глаза собеседнику. – Мне приходилось общаться с людьми, которые стоят куда выше вас, и они мне не тыкали. Советую вам брать с них пример.
Зайцев закоченел.
– С кем это ты общался, уж не с царем ли? – недобро усмехнулся гость.
– С Троцким и Сталиным он общался, – вмешался Опалин, ухмыляясь. – Он в Красной армии воевал. Ты его за бывшего, что ли, принял? Зря.
– Я думаю, товарищи, вы должны извинить товарища Берзина, – ловко вклинился Зайцев, чтобы разрядить обстановку. – Убитая Стрелкова, э-э, была ему вовсе не чужим человеком, она…
И тут Лидия Константиновна наконец поняла, отчего в присутствии гостя из ГПУ ей было настолько не по себе.
– Ах, – вырвалось у нее, – конечно! Значит, вы ее сын?
Глава 21
Шестеро за столом
Берзин метнул на Зайцева недобрый взгляд. Судя по всему, известие о своем родстве гость приберегал, чтобы выложить в нужный момент, и Зайцев своей неуместной откровенностью испортил ему всю игру.
– Это не имеет никакого значения, – сказал Берзин учительнице.
– Извините, Каспар Рейнгольдович, если я… – поспешно начал Зайцев."
"Каспар. Что-то словно щелкнуло в мозгу Опалина. Что ему говорил доктор Виноградов в их первую встречу? Что до него приходил кто-то, кого звали Каспаром, и задавал какие-то вопросы. Тогда Опалин решил, что доктор перепутал время и что говорил с ним Бураков, но на самом деле…
– Познакомь-ка меня с товарищами, – велел Берзин, и Зайцев подчинился, перечислив по именам всех присутствующих.
Тем временем человек в штатском, который прибыл в автомобиле, вошел в столовую и застыл возле двери в неловкой позе.
– Ну, меня вы уже знаете, – проговорил человек из ГПУ, – а это Паша Верстовский, строитель. – Человек, о котором он говорил, был уже не в том возрасте, чтобы называть его запросто Пашей, но протестовать не стал и только виновато улыбнулся.
– Очень приятно, – пробормотала Лидия Константиновна, с удивлением глядя на интеллигентное лицо того, кого назвали строителем.
– Был такой композитор Верстовский, автор оперы «Аскольдова могила». Вы ему не родственник случайно?
– Родственник, – ответил гость с благодарностью, – впрочем, дальний. – Он покосился на Берзина и не стал развивать тему.
– Они у тебя остановились? – спросил Опалин у Зайцева.
– Мы будем жить здесь, – опередив Никодима, сказал Каспар.
– Как здесь? – всполошилась Лидия Константиновна.
