Блин, как же глупо получилось! Надеюсь, он не подумал, что я ревную?
- А? – я оборачиваюсь, делая вид, что не понимаю, о чем речь.
При плохой игре главное – держать хорошую мину, ведь так?
- Бэ, - передразнивает он, посмеиваясь. – Забавная ты, Крис, прям тащусь от тебя.
Бросив эту провокационную фразу, Шульц направляется к палатке Морозовой, а я потрясенно таращусь ему вслед.
Он, простите, что? Тащится от меня? Это как вообще понимать?
Глава 47
Кристина
Сумерки медленно ложатся на землю, и последние лучи закатного солнца плавно исчезают в макушках деревьев, обрамляющих озеро.
Плотно поужинав, мы рассаживаемся вокруг костра, который ловко развел Никитич, и погружаемся в атмосферу неформально общения. Кто-то травит походные байки, кто-то обсуждает школьные сплетни, ну а мы с Верой, прижавшись друг к другу, слушаем завывания Кирилла Осипова под гитару, которую он не поленился притащить с собой в горы.
Поет одноклассник не сказать, чтоб прям здорово, но слушать можно. Уши, по крайней мере, в трубочку не сворачиваются.
Напротив нас, по другую сторону костра сидит компашка Шульца, в которую каким-то боком затесалась сисястая Карина. Расположилась рядом с ним, близко-близко, и чего-то нашептывает. Андрей кажется отстраненным и каким-то потерянным, но качать головой в ответ на словесные излияния Морозовой не забывает.
Значит, все-таки слушает ее бредни.
Стараюсь сконцентрироваться на пении Осипова, но глаза против воли дергаются туда, где сидит Шульц. И ладно бы он, как раньше, не замечал, что я на него зыркаю… Но нет, сейчас поганец ловит практически каждый мой взгляд. Будто сидит и ждет, когда я посмотрю.
Невидимое напряжение, повисшее между нами в начале учебного года, во время похода усилилось в сто крат, и я уже не знаю, куда спрятать вечно пылающие щеки.
Ну, серьезно, чего он вылупился? Уж и музыку нельзя спокойно послушать!
Твердо решив, что этот раз будет последним, вскидываю взор на Андрея и напарываюсь на пренеприятную картинку: Морозова, придвинувшись поближе, положила ему голову на плечо, а рукой обхватила край его ветровки.
