– Будто, кроме груди, ей похвастаться больше нечем!
- Точно нечем, - убежденно заявляю я. – Говорят, учится она так себе, а к «ашкам» попала только потому, что папка-мент за нее подсуетился.
- Да, я тоже про это слышала!
Еще какое-то время мы вдохновенно перемываем косточке Карине, чей внушительный бюст по размеру превосходит наши с Верой вместе взятые, а затем переключаем внимание на Инессу Григорьевну, которая, принимается занятно рассказывать о местности, которую мы сейчас пересекаем.
"
"- Поговаривают, что в стародавние времена вон на той горе в высокой-высокой башне жила царица Семираида, которая правила землями по южную сторону от Чарыза. Правила строго, но справедливо, и народ ее любил. А еще была она необыкновенно красива – очи черные, как ночь, кожа белая, как молоко, - чарующим голосом изрекает учительница. – И много достойных мужчин хотели взять ее в жены, но всем Семираида отвечала отказом, говорила, что выйдет замуж только по любви. И вот однажды вторглись в ее владения войска вражеские и захватили земли ей подвластные.
Тогда поставил князь-завоеватель пленной царице условие – если будет его супругой, то не тронет он людей ей верных, а откажется – вырежет всех под чистую. Выбора не было у Семираиды, согласилась она стать женою князя. И вот состоялось церемония бракосочетания, дали волю людям пленным – кто-то прочь ушел, кто-то под властью князя жить остался. А через три дня и три ночи Семираида выпрыгнула из окна своей башни и разбилась насмерть.
С тех пор эта гора в простонародье называется холмом жертвенности в знак того, что царица пожертвовала личным счастьем во имя спасения своего народа.
На несколько мгновений среди ребят повисает гробовая тишина. Все переваривают только что услышанную трагичную историю, и вдруг воздух прорезает насмешливый голос Гуляева:
- А я че-то не уловил, из-за чего она с башни-то сиганула? Все ж нормально с ее народом было…
- Потому что уж лучше смерть, чем быть насильно выданной замуж за нелюбимого! – с жаром отзывается Вера.
- Так вроде силой же ее никто не брал? – не унимается Леха, переводя взгляд на Мартынову. – Сама ж согласилась.
- Так ради людей согласилась! А как безопасность их была обеспечена, так и распрощалась с жизнью! – вклинивается внезапно встрепенувшаяся Настя Голышева. – Ты че, Гуляев, совсем дундук, что ли?
- Ой, бабы, - парень качает головой.
