Я считаю, что каждый человек имеет право заниматься тем, чем он хочет, если у него есть время, желание и деньги. У тебя есть только первое и второе. Давай разберемся с деньгами. — Он потер подбородок и глубоко вздохнул. — По правде говоря, я с самого начала был настроен против фирм, которые занимаются исключительно искусством.
Девушка задохнулась от возмущения.
— Зачем же ты настаивал на том, чтобы я присоединилась к твоей компании?
— Глупышка. Ты нуждалась в поддержке, и я ее тебе предоставил. Но люди должны думать о расширении и росте их дела.
— А может, кто-то не хочет об этом думать, едко сказала она, вспомнив разговор с Мэги.
— Фирма должна расти, или ее затопчут конкуренты.
— И ты считаешь, что я обязана плясать под твою дудку? Заниматься тем, чем хочешь ты? Какое предложение последует за перевозкой рабочих, позволь узнать?
Не обращая внимания на этот эмоциональный взрыв, Талберт спокойным и уверенным голосом продолжал излагать свои мысли.
— Фирма должна быть платежеспособной, чтобы расширять сферу деятельности.
В настоящее время искусство не может прокормить себя. Значит, ты должна изыскать новые способы получения прибыли, чтобы на досуге спокойно заниматься своими прихотями… Я хотел сказать, экскурсиями.
Прихотями! Это уже слишком! Элиз выпрямилась во весь свой небольшой рост и с негодованием посмотрела ему в глаза.
— Когда-то я бросила хорошую работу с неплохим заработком, потому что она мне осточертела! А сейчас ты хочешь, чтобы я бросила дело, которое люблю всей душой, потому что оно не приносит хороший доход.
А мое мнение ты спросил?! Я не собираюсь вешаться из-за того, что не зарабатываю много-много-много денег! Для меня важно то, что моя нынешняя работа мне интересна.
Тал был крайне удивлен ее вспышкой.
— Я не заставляю тебя вешаться. Я просто пытаюсь уговорить тебя увеличить твою же прибыль. Как ты этого не понимаешь? Поскольку ты теперь клиент моей компании, я обязан…
— Ты не обязан был приезжать сюда, чтобы унизить меня.
Мог бы сделать это в своем кабинете. Я ухожу, — сказала она, разделяя паузой каждое слово. Она сунула ноги в спортивные тапочки.
Внезапно огромная волна окатила их с ног до головы. Пока они кричали друг на друга, начался прилив. Океан поднялся настолько, что почти доходил до того места, где они стояли. В панике Элиз бросилась в объятия Тала, ища защиты. Вдруг она, увидев, как волна, подхватив ее мольберт и сумку, уносит их в океан, кинулась их спасть.
