— Нет! — стою на своем, за что получаю наказание, как провинившийся ребенок.
— Не признаешься? — выпытывает он, подняв мои руки и зафиксировав их над головой.
— НИ. ЗА. ЧТО, — смеюсь ему в лицо.
— Хорошо, тогда пеняй на себя, девочка."
"И снова я слышу от него признания в любви, но сама молчу и прикусываю язык каждый раз, когда хочу кричать, что я тоже его люблю. Но меня все еще держит страх…будто все это не по настоящему и снова останется лишь миражом в пустыне. Вместо этого, я кусаю его плечи, царапаю его спину, целую его губы, выкрикиваю его имя, обнимаю за шею, притягиваю к себе, забываюсь в его крепких объятиях.
— Нет, не уходи, — возвращает меня в кровать, когда я собираюсь встать.
Лев заботливо укладывает меня рядом и кончиками пальцев проводит по позвоночнику. Сердце трепещет от того, что он помнит, как мне нравилась эта ласка. Я еще говорила, что если бы была кошечкой, то замурлыкала бы. Кошечка? Черт!
— А где мой кот? — чуть приподнявшись и посмотрев на Льва, интересуюсь я.
— Мя-я-яу, — бурчит он и мы вдвоем ищем его глазами.
Находим быстро, потому что горящие желтые очи в темноте способны довести до инфаркта.
— Господи! — выдыхает Лева.
Иннокентий царственно восседает на комоде и отчитывает нас как малолеток.
— Мяу! — говоря человеческим языком: “Срамота”.
— Если срамота, можешь не смотреть. Брысь отсюда! — сажусь на кровати и снова прикрываюсь одеялом.
— Мяу-у-у-у-у! — “Я говорил, что от этого двуногого одни неприятности. Ты мне не мать больше.
Ты падшая женщина”.
— Чья бы корова мычала, Кеша. Каков сын, такая и мать. Все, давай шуруй на место!
Лев не выдерживает и прикрыв лицо широкими ладонями, трясется от смеха.
— Что ты ржешь? — ударяю его кулачком по груди.
— Прости, но ты просто так серьезно с ним всегда разговариваешь. Как будто он тебя понимает.
— Понимает. Коты самые умные животные. И по его интонациям я могу определить, в каком он настроении.
— По одному “Мяу”? — лыбится Лев.
— А знаешь, сколько оттенков может быть у одного “Мяу”.
Есть протяжное “Мя-я-я-яу”, - начинаю жалобно тянуть букву “я”, пародируя Кешу. — Значит ему грустно или больно. Есть вот такое короткое и едкое “Мяу”. Это выражение недовольства, — с серьезным видом объясняю ему свою теорию.
— Ты сумасшедшая, — Лев тоже садится и начинает водить кончика носом по виску, вызывая во мне новое желание.
— Сонь, ты что-то решила? — низкий тихий голос ласкает слух, а теплое дыхание — кожу.
