— Как нашел? После того, как я облажался в прошлый раз, я сделал работу над ошибками и теперь знаю о тебе все, — многозначительная пауза будоражит, но я все еще держу себя в руках. — Второй вопрос. Ты трубку не берешь. Я звоню тебе уже второй час.
— Трубка? — задумываюсь я. — Блин, телефон в сумке, а сумка дома. Ну хорошо. Я бы перезвонила. В чем срочность?
— Соскучился, — пожимает плечами. — А ты?
— Нет, — вру и не краснею. Ничего, ему полезно будет.
— Врешь, — одаривает меня своей фирменной ухмылкой.
— И вообще, у нас так не принято.
К незамужней девушке не должен приезжать мужчина, если он не представлен семье. Это, знаешь ли, уят (позор).
— Серьезно? — его густые брови взлетают вверх.
— Ага.
— Хорошо. Когда ты будешь дома? Поговорить надо.
— О чем?
— Ты подумала над моим предложением?
— Ох, Лева, — тяжело вздыхаю. — Это не место для переговоров. И нет, я еще ничего не решила.
Он отталкивается от капота, подходит вплотную и берет меня за руку. Не могу не смотреть на него, хоть и стараюсь. Но все во мне так и тянется к нему.
Сопротивляется, все равно сдается.
— Значит, надежда еще есть, — второй рукой Лев заправляет за ухо прядь и я вздрагиваю от этого невинного жеста.
— Эй, Сонь. Помощь нужна, — голос старшего брата Анвара вмиг приводит в чувство.
Оба поворачиваем головы и видим, как у калитки собралось четверо воинственно настроенных восточных мужиков. На Анваре клеенчатый фартук, запачканный кровью барана. В мощной ладони — нож, с которого стекают багровые капли. Он проводит рукой по лицу, оставляя на нем красные следы.
Остальные стоят с таким грозным видом, будто после бедного барашка возьмутся за Льва.
— Нет, я справлюсь, — метнув в братьев гневный взгляд, поворачиваю голову ко Льву.
— Вот видишь, — шиплю я.
— Ты думаешь я испугался? Я рос на районе в 90-е, Соня. — шепчет он и вдруг резко оставляет меня одну и идет к моим родственничкам. — Салам алейкум, мужики.
— Уалейкум ассалам, — отвечают слегка обескураженные братаны, когда Лев протягивает две руки в знак уважения, и здоровается поочередно с каждым.
Даже с Анваром, которому приходится передать нож Равилю.
— Это Лев, мой…друг, — объясняю я, указывая на бывшего.
— А что ты его за воротами держишь? Проходи, Лев, — говорит Равиль.
— Мужики, рахмет, — благодарит Лева, — но я только с самолета. Надо было Софье кое-что передать.
— Да заходите, — машет рукой младшенький Рауль, — мы правда только барана зарезали. Посидим, познакомимся.
Ага, специально упомянул про барашка.
