Господин и повелитель сдержанно улыбнулся:
— Более неуклюжую попытку послушания трудно представить.
— Значит, надо тренироваться. — Она обвила руками его шею. — Прикажи что-нибудь. Проверим, как я выполню задание.
Губы встретились, и в комнате надолго воцарилась тишина. Ладони Кристофера проникли под рубашку и принялись вызывающе ласкать до тех пор, пока она не прильнула страстно и откровенно, растаяв и ослабев от желания."
"— Пойдем наверх, — скомандовал он. Легко, словно пушинку, подхватил невесту на руки и направился к двери.
Беатрикс испуганно напряглась.
— Собираешься нести меня в таком виде?
— Почему нет?
— Но ведь на мне только твоя рубашка.
— Какая разница? Поверни ручку.
— А вдруг слуги увидят?
В серых глазах мелькнуло лукавство.
— Забеспокоилась о приличиях? Открой же скорее дверь!
Она послушалась и крепко зажмурилась, чтобы не видеть ничего вокруг. Оставалось надеяться, что если кто-нибудь из слуг и заметит вольное поведение господ, то не скажет ни слова.
Кристофер поднялся на второй этаж, опустил Беатрикс на кровать в своей комнате и немедленно приказал принести ванну, горячую воду и шампанское; причем, несмотря на протесты, решил собственноручно искупать будущую жену.
— Неужели я должна просто сидеть, пока ты будешь делать то, с чем я могу прекрасно справиться сама?
Кристофер подошел к комоду, где уже появился серебряный поднос с бутылкой шампанского и двумя хрустальными бокалами. Наполнил один и протянул Беатрикс.
— Возьми. Будет, чем тебе заняться.
Она попробовала прохладный шипучий напиток и подняла глаза.
— Еще ни разу не приходилось пить шампанское днем, а тем более в ванне. Ты ведь не дашь мне утонуть, правда?
— Здесь при всем желании не утонешь. — Голый по пояс, с блестящей от пота грудью, Кристофер опустился на колени. — К тому же я рядом и не допущу, чтобы что-нибудь случилось. Видишь, ли, у меня на тебя грандиозные планы. — Он старательно намылил мочалку и с сосредоточенным видом приступил к делу.
С раннего детства Беатрикс привыкла мыться сама.
Руки любимого дарили ощущение защищенности, заботы. Она лениво водила мокрым пальцем по его покрытым пеной рукам, рисуя причудливые узоры. Мочалка неторопливо гладила плечи и грудь, ноги и бедра. Но вот настал черед интимного уголка, и мирное спокойствие тут же улетучилось: настойчивые пальцы проникли слишком глубоко. Беатрикс вздрогнула, на миг потеряла равновесие и схватила соблазнителя за запястье.
— Не урони бокал, — пробормотал Кристофер, не убирая дерзкой руки.
