Припомнил, как тот яростно рубанул рукой, разделив его прежнюю жизнь на две части: то, что было до расстрела, и то, что составляло после.
– Спасибо.
– Это ты не мне должен сказать, а врачам, у тебя будет для этого возможность. Но теперь ты мой должник.
– Что я должен сделать?
– Ты должен пройти специальную программу в разведывательной школе.
– А что дальше?
– А там посмотрим, как тебя использовать дальше. Как тебе мое предложение?
– Разве у меня есть другой выбор?
– Ты быстро соображаешь. Для вчерашнего покойника… Я в тебе не ошибся.
– Я согласен. Должен же я как-то отблагодарить вас за свое спасение.
– Кем ты был до войны?
Проснулся немец, лежавший на соседней койке, и с интересом вслушивался в разговор. Видно, русский большая птица, если его навещает офицер «Абвера».
– Моя семья держала лавку… Но главное мое ремесло – резчик по дереву, это у меня получалось лучше всего. Любил вырезать птиц. Мы их называем «берегинями».
– Откуда ты родом?
– С Вологды.
– Вот как… Это хорошо, – одобрительно кивнул майор.
– У нас в Вологодчине едва ли не в каждом доме висит такая птица.
– Для чего нужна эта «берегиня»?
– Она оберегает от беды. Хранительница домашнего очага.
– Вот как только разобьем Советы, будешь вырезать своих птиц, сколько захочешь. Кстати, а что это за рисунок? – Майор вытащил из кармана сложенный вчетверо листок и, развернув его, положил на покрывало.
Обыкновенный блокнотный лист, на котором химическим карандашом был нарисован профиль красивой молодой женщины.
В некоторых местах рисунок был подпорчен капельками воды, контуры лица расплылись, но в каждом штрихе чувствовалась рука настоящего мастера. Края листка заметно пообветшали, а на месте сгибов имелись белые полосы, слегка портившие рисунок. Но было понятно, что этот клочок бумаги берегли, как настоящую ценность. Вещица хранилась в верхнем кармане гимнастерки, застегнутом на металлическую пуговицу, там, куда обычно кладут самые важные документы."
"Михаил оторвал от одеяла ослабевшую руку и потянулся к листку:
– Где вы взяли этот рисунок?
– Ты его держал в кулаке, когда тебя расстреливали.
Понял, что этот рисунок тебе дорог, вот, решил сохранить.
– Я его вытащил из кармана перед самым расстрелом. Это и есть моя Берегиня, – осипшим голосом произнес Михаил.
– А кто эта женщина?
– Мой ангел-хранитель… Теперь все будет хорошо.
– Хм, вижу, что ты лучше меня знаешь. Кстати, теперь я буду называть тебя Филином.
– Почему?
– Ты выбрался из тьмы, парень.
