Ну, а так для сравнения вполне подходила Люси. Герцогиня, безусловно, отличалась редкой прелестью, но для него по-прежнему оставалась лишь кузиной – той самой надоедливой девчонкой, которая в юности бегала за ним по пятам и участвовала во всех проказах. Изабелла в родстве не состояла, но была вдовой Гарольда; это обстоятельство начисто лишало ее женской привлекательности.
– Где ты пропадал, Гаррет? – осведомилась Люси с легким раздражением. – Все мы проголодались и уже устали тебя ждать.
– Прошу прощения за опоздание.
– Апплтон поцеловал кузину в щеку.
– Поскольку ты все-таки появился, не проводишь ли миссис Лэнгфорд в столовую? – любезно предложила Кассандра, полагая, что он с радостью возобновит знакомство. – Я приготовила вам места рядом.
Из последних сил удерживая натянутую улыбку, Гаррет взглянул на мисс Лаундз, которая, к счастью, хранила молчание – случай исключительный. Она приподняла темные брови над оправой очков и посмотрела так, что стало ясно без слов: природа его дружбы с Изабеллой вызывает у нее вопросы.
Чертовски проницательно.
– С удовольствием. – Гаррет жестом пригласил гостью занять место в веренице пар, оглянулся и увидел, что мисс Лаундз уже стоит под руку с Монро. Проклятье! Почему Оуэн не держит данное слово и не пытается очаровать миссис Лэнгфорд?
Изабелла тем временем с готовностью подошла и взяла под руку. Процессия торжественно прошествовала в столовую, центральную часть которой занимал длинный полированный стол красного дерева, окруженный такими же стульями, обтянутыми темно-зеленым атласом.
Лорд и леди Морланд заняли ключевые позиции в торцах стола. Кассандра и Свифтон сели справа и слева от хозяйки, напротив друг друга. Затем точно так же расположились Дерек и Люси – герцог и герцогиня Кларингтон. Следующие места были отведены другим гостям, а потом настала очередь Изабеллы и Гаррета. Апплтон сел и оказался лицом к лицу с самодовольно улыбающейся мисс Лаундз.
Он не знал точно, как должна выглядеть особа, именуемая синим чулком, но подозревал, что визави в точности соответствует определению.
Она относилась к тому неприятному типу молодых леди, которые готовы спорить с джентльменами по любому поводу, будь то лошади, история, театр и другие темы, порою не слишком подходящие для светской беседы. И вот теперь она весь вечер будет сидеть напротив и улыбаться, в то время как ему придется поддерживать неуклюжий разговор с Изабеллой.
Не исключено, что присутствие в поместье миссис Лэнгфорд стало случайным совпадением.
