— Я в шоке. Мне даже ее немного жаль. Так смотрит влюблённо на него, а он взглядом тебя ищет.
— Сама виновата, дурочка. Нужно было думать, что такой мужчина не для неё. — Мила вздохнула. — Антончик рассказал, что эта клуша ему в любви призналась, а он даже «я тоже» ответить не смог.
Одинокая слеза спустилась по щеке, но я быстро ее стёрла.
«Прекрати верить их словам», — кричало подсознание. «Сказать можно все, что угодно».
— Какой ужас. — ответила Миле девушка, когда они вышли из уборной.
Постояв немного в кабинке, решила найти Антона и потребовать объяснений.
За столом его не было, в зале тоже. Я спросила Астахова, тот кивнул в сторону выхода.
Выйдя на улицу, мой взгляд зацепился за знакомую фигуру Львинского, стоящего около импровизированных качелей. Он стоял спиной ко мне, поэтому я не сразу заметила, что перед ним сидит девушка. Мила.
Я решилась подойти, но в этот момент она встала, прижимаясь к нему. Они поцеловались. Быстро моргая, я пыталась стереть из воспоминаний эту картинку, но ничего не получилось.
Мой мир рухнул. Буквально в одну секунду рассыпалось все то, что я так упорно строила. Он не любит меня и никогда не любил.
Меня внезапно осенило. Наши отношения начались только по тому, что он приревновал меня к Леше. Понял, что не только он один может нравится девушкам и решил это исправить?
Никому ничего не говоря, развернулась и зашла в зал. За столиком сидели парни, но я не обращая на них внимание взяла свою сумочку и телефон.
Рядом проходила официантка.
— Девушка. — я окликнула ее, читая имя на бейджике.
— Марина, у Вас же есть выход для персонала?
— Да. — она согласно кивнула.
— Пожалуйста, выведите меня через него.
Марина не стала задавать лишних вопросов, поведя меня на выход. Окликнувший меня Полянский, заставил обернуться, но я совершенно не хотела ни с кем разговаривать, поэтому, посмотрев ему в глаза, скрылась в кухне.
Калинины позаботились о своих гостях, предоставив им оплачиваемые такси около выхода. Подойдя к первой попавшейся, назвала адрес дома Антона.
Доехали мы быстро. Поднявшись в квартиру, последний раз использовала ключ, оставив его на тумбочке у входа.
На сбор чемодана ушло максимум минут 15. Все вещи прямо мятыми летели в него. Мне дико хотелось поскорее сбежать отсюда.
Стены начали давить, когда я вспомнила о нашей близости утром. Еще вчера он был с ней, а сегодня со мной. Кожа неприятно горела, вызывая дикое желание вымыться.
«Господи, как же противно. Как же низко», — крутилось в мыслях.
