Утром мне всегда было трудно проснуться, а бодрящая холодная вода только ухудшала состояние.
Закрыв глаза, подставила лицо под струи. Сквозь темноту появился образ Львинского, жадно ласкающего мое тело. Безумные глаза, сверкающие огнем, ненасытные губы, пожирающие меня, резкие и властные движения рук. Внизу живота мучительно заныло, дыхание стало глубоким. Я предельно хотела этого мужчину, даже несмотря на то, что он был самым неподходящим для этого вариантом.
Попытавшись успокоиться, вышла из теплого душа в холодную ванную.
Обтеревшись полотенцем, укуталась в халат и вернулась комнату.
— Доброе утро. — улыбнувшись, произнёс Антон, стоящий около шкафа. — Я так понимаю, душ свободен?
— Доброе. — я попыталась изобразить максимально равнодушное выражение лица, хотя мне безумно хотелось подойти к нему и жадно впиться в его такие раздражающие, но в то же время манящие губы. — Да, я уже все.
— Подождешь меня? — спросил он, приближаясь ко мне. — Я быстро, а потом сходим позавтракать. Сомневаюсь, что ресторан сейчас сможет нас принять.
— Конечно. — выдавила я из себя, почувствовав его тепло, даже за десятки сантиметров от себя.
Он явно заметил мою реакцию, нагло улыбнувшись, слегка задел меня рукой и скрылся в ванной.
«Успокойся, безумная, такие, как он не для таких, как ты», — пронудело подсознание.
Пока Антон был в душе, я успела переодеться и уложить волосы.
Стоя у зеркала, пыталась изобразить что-то наподобие дневного макияжа. Краситься я не любила всей душой, но сейчас в окружении были такие красивые девушки, что невольно хотелось выглядеть лучше.
Услышав звук открывающейся двери, подняла глаза и увидела в отражении Львинского, нагло выходящего в одном полотенце.
Шумно вздохнув, прикрыла глаза и больно прикусила губу, приводя себя в чувства.
Антон же, не стесняясь, расхаживал по комнате, вытаскивая свои вещи. Его идеально-атлетичное тело сводило с ума, заставляя думать о совершенно неприличных вещах.
— Ты не против, если я здесь оденусь? — произнёс он, с вызовом смотря на меня.
— Решил на полставки устроиться стриптизером? — я попыталась перевести все в шутку.
— А почему бы нет? — усмехнулся он, медленно распахивая полотенце. — Я знаю, что мне есть, что показать.
Смущение, перемешавшееся с возбуждением создавало гремучую смесь. Все это время я наблюдала за движениями Антона, который играл со мной, как кошка с мышкой.
— Прости, но я сомневаюсь, что тебя возьмут. — я отвела глаза, когда полотенце практически упало.
