"
"– В девятом три десятка орков, – Эльза перекинула часть сетей на мою сторону, помогая пересчитывать высшую нечисть.
Мы проверяли сектор за сектором, координируя перемещение Ловцов. Ректор готовила «сюрприз» для шаманов, Тхаржик с генералом сканировали Тень, чтобы враги не смогли зайти с тыла.
Тем временем Двадцать немёртвых завершали своё торжественное шествие. Через арку проходили последние владыки – фараон мумий – Минхест Пятнадцатый, и наш старый знакомый - Темнейший господин Варханга.
Едва министр вурдалаков ступил на зеркальный паркет, шаманы ударили по залу, накрывая его мощнейшим парализующим плетением.
Но ректор не дремала. Вражеское плетение в миг рассеялось, и как только из боковых туннелей лавиной хлынули орки – по ним ударили Ловцы с огневиками.
Боевые плетения со свистом пронеслись над бальным залом, врезаясь в гущу врагов, а Двадцать немёртвых накрыли гостей мощными, непробиваемыми щитами.
– Всем сохранять спокойствие! – низкий, пронизывающий до костей голос короля личей заглушил испуганные крики гостей.
И в этот момент под потолком прогремел взрыв. Огромная хрустальная люстра с оглушительным звоном обрушилась на щит нечисти.
Но Двадцать великих не зря носили свои мантии. Защита даже не дрогнула, и когда из последнего туннеля вылетел отряд орков, их встретила не паникующая толпа, а озлобленные и готовые к бою маги.
– Во имя кровавой расплаты! – взревел командир орков, ринувшись на гостей.
– Во имя Первой королевы! – королева банши издала дикий вопль и, выпустив ядовитые когти, ринулась в бой, обгоняя Ловцов.
Вдохновлённые храбростью владычицы призраки оглушительно завизжали, парализуя врагов, и бросились ей на помощь.
Из подземелий волнами вырывалась чужая смертоносная магия, но защита ректора моментально глушила плетения шаманов. А стражи и местные кромсали в капусту врагов, прорвавшихся в бальный зал.
Хаос. Безумие. Дикое рычание и чьи-то предсмертные хрипы.
Мы едва успевали сканировать туннели, сообщая о новых отрядах орков.
Зато у тинтарской нечисти словно открылось второе дыхание. Даже Первый министр позабыл о радикулите и залихватски отбивался от троих орков.
Мимо меня промчалась белоснежная молния. Злобнейшество наконец дало волю природному темпераменту и с диким, оглушительным мявом понеслось в атаку. Тхаржик прыгал вокруг любимой, помогая в бою и прикрывая её пушистый тыл от вражеских стрел.
Вокруг боевых зверьков стремительно росла гора поверженных орков.
М-да.
