Ощущение было, словно я – муха, а вокруг вязкий мед. Смертельно сладко.
– Да? – спросила я, уткнувшись в столешницу.
– Что будешь заказывать? – терпеливо повторил свой вопрос парень, сунув мне под нос меню.
Листание страничек с перечнем вкусняшек меня приободрило. Заказав себе язык, жаркое, фруктовый чай и кусок знаменитого ротурского торта, я откинулась на спинку дивана. В университете кормили сносно, но с домашними шедеврами, конечно, ни в какое сравнение не шло. И я очень скучала по хорошей, разнообразной кухне.
Меж тем Винсент отстегнул от пояса флягу и сделал пару жадных глотков.
– Запрещеночка? – поинтересовалась я, рассматривая флягу.
Флягу, я сказала, а не эти сильные, надежные, красивые руки!
– М? – не понял парень."
"– Ну, ты ее никому не даешь, видимо, внутри какое-нибудь запрещенное зелье. Предположила бы выпивку, но мы в ресторации…
– Нет, – усмехнулся Винсент. – В жидкости ничего особенного. Все дело в сосуде.
– О. – сообразила я и замолчала.
Подарок. От братьев знаю, что фляга относится к категории личных подарков.
Такое дарят или сослуживцы, или девушки. Судя по тому, что это была посеребренная фляга с чеканным узором, суровой мужской дружбой здесь и не пахло.
– Подарок, – зачем-то пояснил Винсент. – От дорогого человека.
Я немного помялась, размышляя, действительно ли мне так любопытно, как я думаю, или это не моего ума дела. Любопытство победило всухую.
– Девушка? – негромко спросила я.
– Невеста. Бывшая, – усмехнулся маг.
Я задержала взгляд на жестком изломе его губ, а потом почему-то посмотрела выше.
В его удивительных синих, точно редкий сапфир, глазах, плескалась такая боль утраты, что мне самой стало тоскливо. По моей щеке побежала одинокая слезинка, а я с трудом разлепила губы и проговорила, преодолевая приворотную магию на чистых волевых:
– Соболезную.
И вдруг в один миг вся печаль, боль и горе во взгляде парня превратились в злость или даже бешенство.
– Она… жива. – спокойно ответил Винсент. – Я умер.
У меня хватило силы воли прикрыть глаза и, держа сознание за эхо голоса в своей голове, уцепиться за последнюю фразу. Что же с тобой случилось, парень? И почему ты оказался здесь?
17
Ночью мы должны были идти на дело. То есть нарушить пару десятков правил Академии и залезть в библиотеку без спроса. Беспокоило ли это меня? О нет! Наоборот, мысль о том, что я под покровом ночи отправлюсь пакостничать в компании Винсента, заставляла испытывать восторг и азарт.
