"
"Потому что за попытку отравить меня ректор сам оторвет Келлер голову, пока сюда не явились мои братишки и не поотрывали лишние конечности уже ему. Но вслух я посчитала нужным этого не говорить. Пришлось поднапрячься и вспомнить, что Грогон в гостях у отца хвастался, как обкатывал магическую систему распознавания лиц в академии и раздавал люлей особо бедовым студентам. Об этом, конечно, бедная сиротка из приюта при храме тоже знать была не должна, но я подобрала слова и очень надеялась, что они убедят Винсента и не вызовут ненужных подозрений.
– Ну не знаю, как ты, а я так точно на хорошем счету у всех преподавателей, – заявила с видом умницы-заучки. – Сбежала сюда из столицы без гроша в кармане, сама поступила и учусь на отлично. С таким прекрасным резюме меня, как минимум, выслушают до конца и воспримут серьезно.
– Я таким идеальным послужным списком похвастаться не могу, – покачал головой парень.
– Винсент, эта сумасшедшая, возможно, прямо сейчас готовит новую порцию отравы. И кто знает, может быть, в следующий раз она не ошибется.
Хочешь жениться на Келлер?
Парень поморщился, а меня вдруг озарило:
– А ведь она наверняка действительно внебрачная дочь какого-то аристократа, как хвалится… Если рецепт этой дряни передавался из поколения в поколение, значит, и ее мамаша этим же методом пользовалась.
– А она хвалится, что дочь аристократа? – удивился Винсент.
– Не меньше герцога! – подтвердила я.
– Отчаянная девица…
– Почему?
– Все тайное рано или поздно становится явным, – проговорил маг, серьезно посмотрев на меня, как будто на что-то намекал.
– И вот если Келлер действительно дитя приворота, да еще и герцогских кровей, и об этом узнают, то маменька ее головы не сносит, а девицу саму запрут в какой-нибудь глуши, а лучше выдадут замуж побыстрее за сговорчивого мелкопоместного аристократа. Хотя после произошедшего с тобой, боюсь, жизнь ее окончится не в глуши, а в темнице.
– Что ж, самое время это проверить, – пробормотала я.
Винсент кивнул и, кинув на стол несколько монеток с очень щедрыми чаевыми, поднялся.
Надеюсь, Грогон в хорошем настроении, потому что после нашего визита оно может только испортиться.
23
Преподаватели Академии жили в отдельном жилом корпусе. Это было четырехэтажное строение, слишком большое для всех имеющихся преподавателей. И слишком шикарное, если честно. Еще и избыток площади предполагал повышенный комфорт – педагоги жили, занимая по два, а то и три жилых блока.
