Нет уж, милый друг, самое время устроить тебе промежуточный экзамен по практике! Тем более что я сейчас тот еще зельевар.
– На. – Я выудила из кармана платья сложенную вчетверо бумагу.
– Я? – удивился Винсент.
Так искренне удивился, что я не удержалась и немного подразнила парня: прильнула к нему всем телом, сжала пальцами лацканы пиджака и проникновенно прошептала:
– А что, я, что ли?
Винсент как-то судорожно сглотнул, осторожно отцепил меня от себя и вздохнул:
– Да, об этом я не подумал.
Я тихонько вздохнула, потому что розовый туман начал предательски просачиваться в сознание, едва я оказалась слишком близко к парню, но он мой вздох расценил по-своему.
– Давай сделаем это, и все закончится.
Я кивнула и забралась на уже излюбленный стул с высокими ножками, чтобы руководить процессом сверху, так сказать.
Начиналось все прозаично: Винсент развернул мои записи и погрузился в текст. Не знаю, сколько раз он перечитал рецепт антидота, но, подняв глаза от бумаги, заявил:
– Кажется несложным.
Это нормально?
– Ну тут два варианта: или я гениальный учитель, или ты гениальный ученик, – хмыкнула я.
– Скорее первое… – пробормотал парень и, разгладив лист на столе, поднял на меня взгляд такой решительный, что я аж залюбовалась.
Так и сидела на высоком стульчике, болтая ногой, и, подперев кулаком щеку, наблюдала за магом.
А маг, о, маг был хорош! Он снял форменный пиджак и небрежно кинул его на спинку свободного стула. Небрежно кинутый пиджак повис идеально, как зачарованный.
Затем Винсент принялся закатывать рукава рубашки, постепенно открывая моему привороженному взору сильные руки. Было в этом таком простом рабочем жесте что-то чарующее и немного домашнее. При чужом человеке так закатывать рукава не будут.
Сложно сказать, клубился ли в моей голове розовый туман или я искренне любовалась парнем. Все ж таки объективно за Руэдой не просто так вереница поклонниц увязалась.
Пока я размышляла о всяком, он сверился с записями и пошел к стеллажам с ингредиентами набирать нужные.
Оказалось приятно наблюдать за процессом: Винсент ходил, переставлял баночки, отсыпал на весах нужное количество того или иного вещества, возвращал баночки на место. А я сидела, подперев щеку кулаком, и думала, что нет ничего приятнее, чем бездельничать, когда другие так красиво работают.
В общем-то, на этой позитивной ноте все и должно бы закончиться, но я с неудовольствием отметила, что парень стал ходить от полок к полкам безрезультатно.
