Едва карета замедлила ход перед крыльцом особняка из черного полированного камня, девушка выскочила и взбежала по ступеням. Не дожидаясь вышколенного лакея, распахнула дверь и ворвалась в дом.
— Рос!
— Мадам! — Слуга торопливо сбежал вниз по лестнице. — Где же вы были?
— Я? Ездила… Впрочем, не важно. — Она нахмурилась. — А где его светлость?
— Его светлость?
Рос явно напрягся.
— Да, его светлость. Герцог Амстел. — Эмбер пристально посмотрела на слугу, разрывавшегося между преданностью господину и тревогой за него.
— Рос, что случилось?
— Мадам?! — окликнул знакомый голос.
Герцогиня обернулась.
— Маркус? Доброе утро! Ну хоть вы-то можете сказать, что происходит?
— Конечно.
Стоявший в дверях Леманн поклонился и выразительно посмотрел на лестницу. Эмбер кивнула.
— Вы правы, пойдемте.
Она первая прошла в свой кабинет, где еще пахло свежей краской после недавнего ремонта, на ходу сняла перчатки и повернулась к своему спутнику.
— Что происходит, Маркус? Где мой муж?
— Мадам, простите, но мне это неизвестно.
— Вот как? — Эмбер почувствовала, что ее худшие опасения сбываются. — Могу я узнать почему?
Тот закашлялся, явно пытаясь потянуть время. Девушка села за стол и твердо посмотрела на смущенного начальника охраны.
— Что вы скрываете, Маркус? Он… — Эмбер вздохнула, набираясь смелости. — Он пошел к женщине? К Оливии?
Тот выглядел смущенным.
— Не знаю, мадам. Его светлость отказался от сопровождения, и я подумал… Тем более что вы… Вас не было в городе…
Он окончательно смутился.
Девушка гордо вздернула голову:
— Я всего лишь решила навестить сестру.
— Да, мадам. — Маркус с видимым облегчением посмотрел на жену своего господина. — Его светлость вчера так и сказал. Я должен был с утра выехать за вами.
— Вот как?
Эмбер провела ладонью по лбу, пытаясь отбросить ненужные мысли. Амстел прекрасно знал, где она, но не поехал сам, а лишь отдал распоряжение начальнику охраны привезти ее, как преступницу. Трудно даже представить себе, что могло ее ожидать.
Скорее всего, герцог посадил бы строптивую жену под замок или же сослал в замок, как намеревался изначально поступить с Люси. А сам пошел к любовнице.
Девушка почувствовала, как сотни иголок впиваются в сердце. Одна мысль от том, что муж будет сжимать в своих объятиях другую женщину, заставляла ее задыхаться от боли. Тревога все-таки оказалась оправданной.
— Она не получит его, — прошипела ее светлость, свирепо смотря сквозь своего собеседника.
