Вы только вызываете подозрения, отказываясь отвечать на вопросы.
Обаяние? Он никогда не отличался способностью общаться с женщинами. Другое дело сестра Дженна. С ней он чувствовал себя легко. Он разговаривал с ней почти как с одним из гвардейцев, и его резкость и грубоватость, казалось, не беспокоили ее.
– На вас тоже распространяется наша договоренность, сестра? Надеюсь, вы не будете подсматривать? Могу я вам доверять?
Она покраснела.
– Конечно.
Юэн пристально посмотрел на нее. Она не отвела взгляда, однако Юэн чувствовал, что она что-то скрывает.
И он намерен узнать, что именно.
– Переодевайтесь, – сказал он резко и повернулся к ней спиной.
Он много раз раздевался при женщине, но никогда прежде это не было такой мукой. Хотя они стояли на расстоянии пяти футов друг от друга, он готов был поклясться, что чувствовал каждое ее движение. Юэн быстро снял мокрую одежду и заменил ее чистой туникой и штанами.
Затем он принялся ждать. Казалось, прошло слишком много времени, и он, не выдержав, попытался повернуть голову…
– Вы подглядываете?
Он быстро отвернулся.
– Вы еще не закончили?
– Еще немного.
Спустя несколько минут, полагая, что она уже переоделась, Юэн снова взглянул через плечо и успел увидеть ее стройную спину, прежде чем рубашка прикрыла ее.
Юэн едва сдержал стон. Его снова охватило вожделение, и вернулось болезненное чувство. Этого следовало ожидать. Он сам виноват.
Теперь перед его мысленным взором снова возникли превосходной формы молочно-белые груди и гладкие, округлые женские ягодицы.
Казалось, в этой камере пыток стало еще теснее.
Впрочем, ее кожа не везде была гладкой. Он нахмурился, вспомнив о замеченных шрамах. Она объясняла это наказанием в виде порки кнутом? Вряд ли. Эти шрамы были больше похожи на ожоги.
У него было много вопросов к этой девушке.
– Можете повернуться, – сказала она.
– Откуда у вас шрамы на спине? – спросил он с суровым выражением лица.
Джанет инстинктивно напряглась. Но не от стыда – хотя этот вопрос всегда вызывал у нее это чувство.
Она знала, что, пусть шрамы отчасти и сгладились, они имели неприглядный вид. Однако она не стеснялась их. Они служили ей напоминанием о цели ее жизни. Она не могла забыть то, что произошло на мосту в ту ночь. Да, что этот эпизод стал для нее хорошим уроком и определил ее дальнейшую судьбу.
Должно быть, она уже привыкла к резкости Юэна, потому что ни его вопрос, ни нахальное вмешательство в личную жизнь не удивили ее. Ему повезло, что она не была застенчивой девушкой.
