Джанет не могла понять, был ли он доволен тем, что она его послушалась. Видно было только, что мучительное выражение исчезло с его лица и его черты снова превратились в непроницаемую маску.
Отсутствие у него эмоций вызвало досаду у Джанет. Как мог он быть таким невозмутимым, в то время как она продолжала испытывать волнение? Она поджала губы, и ее гнев затмил смущение.
– Тебе помочь? – спросил Юэн.
По-видимому, он заметил, что ей трудно одеваться. Ей удалось надеть одну из его рубашек и шерстяные штаны.
При этом рубашка уже впитала влагу от ее мокрых волос, а пальцы не слушались, когда она пыталась натянуть лосины.
Джанет отрицательно покачала головой. В качестве предложения мира, – если оно было таковым, – этого недостаточно. Он отверг ее и оставил в таком ужасном положении. Она не позволит ему сделать вид, будто ничего не случилось. Можно подумать, что, одевшись, она сможет вычеркнуть из памяти то, что было между ними!
Она уже намеревалась снова завернуться в накидку, но Юэн ее остановил.
– Тебе нельзя надевать то, что ты носила прежде. Мы оставим эту накидку вместе с другими вещами.
– Но она принадлежит Йену. И она очень теплая.
Ей показалось, что Юэн чуть плотнее сжал губы.
– Маклин поймет. – Юэн снял свою накидку и протянул ее Джанет. – Можешь надеть мою.
Их глаза на мгновение встретились, и, казалось, в его взгляде было нечто большее, чем предложение тепла, но он сразу же отвернулся.
Она взяла накидку и быстро завернулась в нее, едва сдержав вздох облегчения, когда тепло окутало ее замерзшие конечности.
Казалось, шерстяные нити накидки хранили тепло его тела. Она уловила также знакомый слабый запах сосны и кожи.
Через несколько минут Джанет достаточно согрелась, чтобы продолжить одеваться. Она собрала волосы в пучок на затылке и натянула сапоги. По крайней мере, Юэн не стал настаивать, чтобы она пошла босиком.
Юэн достал кусок веревки, на которую Джанет взглянула без интереса.
– Это для штанов, – пояснил он. – Завязок недостаточно, чтобы их поддерживать.
Она действительно была вынуждена постоянно подтягивать штаны, сползавшие с ее узких бедер. И все-таки они были удобнее для путешествия, чем монашеское одеяние или красивое платье, которое Мэри прислала для появления при дворе.
Джанет заправила льняную рубашку в штаны и закрепила их на талии, воспользовавшись веревкой в качестве ремня.
