Думаю, я смогу разъяснить это недоразумение, чтобы мы все могли продолжить исполнение своего долга. Наш долг перед Богом, – напомнила она, – и ваш перед вашим королем.
Ясно, что он забыл первоначальную цель, ради которой остановил их.
– Меня интересуют донесения, – сказал он, нетерпеливо поглядывая на Маргариту позади Дженны. – Они доставляются мятежникам на север с помощью церковников… и женщин, – добавил он. – Однако предательские действия не удастся больше прятать под ризой. Нам известно, что многие сведения передаются через аббатство Мелроз.
Король Эдвард намерен пресечь это.
– А, – сказала Дженна, словно внезапно осознав, о чем идет речь. – Теперь я понимаю причину ваших подозрений, сэр. Вы, конечно, правы, остановив нас, но, как я уже говорила вам, ни сестра Маргарита, ни я не несем никаких сообщений. – Она достала кожаный мешочек со своими принадлежностями и подала его ему для проверки. Затем, наклонившись, она протянула руку к маленькой сумочке Маргариты, стараясь не обращать внимания на затрудненное дыхание подруги.
С утешением следовало подождать. Развязав сумочку, она протянула ее ему. Он, едва взглянув внутрь, бросил ее назад.
– Вот видите, – сказала Дженна. – Нам нечего прятать. Теперь, когда мы доказали вам свою невиновность, у вас нет причины задерживать нас.
Она заметила, что он явно разозлился. Но чем дольше она задерживала его, тем больше у него было времени одуматься и отказаться от своих дурных намерений. Казалось, он заколебался, когда один из мужчин предположил:
– Что, если они прячут донесения в каком-то другом месте, командир?
Дженна притворилась, что не поняла его, но по спине ее пробежал холодок, когда губы вожака расплылись в медленной улыбке.
Он протянул руку и сорвал с ее головы покрывало. Она вскрикнула, когда заколки выскочили и ее волосы упали на спину тяжелой шелковистой массой. Она пыталась прикрыть голову руками, но напрасно.
Она заскрежетала зубами, услышав, какую реакцию вызвала эта картина.
Ее длинные золотистые волосы были единственным предметом ее гордости, единственной связью с прошлым. Джанет Мара больше нет, и глупо вспоминать о том, кем она была когда-то. Однако Дженна не смогла отрезать волосы, как это делало большинство монашек. И теперь этот предмет гордости мог дорого ей обойтись.
Вожак присвистнул.
– Вы только посмотрите, парни, – сказал он по-английски. – Мы нашли настоящую красавицу.
