— Вот, смотри! — говорит он, поджигая спички и поднося огонёк к стене."
"Здесь было темнее, чем на улице, мрачно и воняло. Я знала, что Никон облазил уже все заброшенные точки нашего маленького городка, но он никогда не приводил меня лично в подобный ужас. Мне не было страшно рядом с ним, просто пока он с таким редкостным для него восторгом пытался мне что-то рассказать, я мысленно думала про пять минут, которые дала мне мама и о том, что мне будет за опоздание.
Папа и так предупреждал меня об очередных выходках, заранее заготовив прут, который лежал где-то на шкафу.
Теперь точно не избежать наказания!
— Видишь! — спрашивает Никон, поднимая огонёк выше.
Вижу. Портрет мужчины на всю стену, нарисованный аэрозольной краской, с таким устрашающим взглядом и сигаретой в зубах. Скалится как волк, даже холодок по коже прошёлся.
— А вот надпись, — добавляет он, зажигая вторую спичку, около портрета, где большими чёрными буквами было написано «Барс».
— И что? — не понимаю я.
— Это мой отец, котёнок.
Настоящий, — с гордостью говорит он. — Сегодня «моя» перепила, — говорит он, упоминая о своей матери, которую уже давно такой не считал, — и призналась мне кто мой отец. Назвала его насильником, бандитом, и что его портреты на каждой стене города!
— Кто такой насильник и бандит? — уточняю, в тот момент не понимая, что это означает. Думала это профессия какая-то, как у моего отца — строителя.
— Неважно, — отрезает Ник. — Самое главное, что у меня есть отец! Он жив и сейчас живёт в столице.
— Ник, папа говорил, что по мне плачет прут, — со слезами на глазах, сообщаю я. — Из-за тебя, я не пришла вовремя и теперь мне попадёт!
— Не попадёт! Я не позволю тебя бить! — сразу сердится он, и его взгляд меняется.
— И что мне теперь делать? Мама, наверное, его уже разбудила, и они ищут меня! — продолжаю. — Не нужно было мне идти с тобой. Может мама права, что у нас с тобой не может быть дружбы? За одну неделю, уже трижды из-за тебя попало! — злюсь, не разделяя его радости от находки.
— Котёнок…ты что такое говоришь? Я поговорю с твоим отцом, скажу, что я виноват! — сразу вступается он, взяв меня за руку. — И что это тебе твоя мама там наговорила? — уточняет, рассердившись.
— Она сказала: что мне надо ещё в куклы играть, а тебе пора на свидания ходить! — объясняю, потому что всегда была с ним честна.
— Вот вырастешь, и будем вместе на свидания ходить, — отвечает он, уводя меня из этого мрака. — Будешь моей женой, — говорит, а я хихикаю.
