Четыре комнаты!!!
— Это что…, - тогда шокировано спросила я, — мне нужно будет столько родить детей?
Ник рассмеялся, увидев ужас в моих глазах, обнял и прошептал на ушко:
— В доме шестнадцать свободных комнат, и можно переделать на детские хоть все! — говорит, а я ошарашено отклоняюсь от него, и когда понимаю, что он шутит, бью ладошкой ему в плечо.
— Ненормальный, — бросаю. — С этим не шутят!
— А я и не шучу, — отзывается он. — Пока начнём из девочки и мальчика, а дальше посмотрим…как уже получится!
В принципе, он был прав.
Родилась Мия, и вот теперь, я беременна ещё раз мальчиком, о котором узнала только сегодня на УЗИ. И если сначала, даже мысль иметь ребёнка, меня почему-то пугала, то сейчас, я понимала насколько это огромное счастье. Рядом с Никоном, все страхи развеиваются. Он поддерживает меня каждое мгновение, в любых случаях, беспокоится, заботится.
Я счастлива и любима. Мама. Имею свою семью. Такую, как я всегда мечтала. А что ещё нужно в этой жизни?
Самоутверждение? Возможно.
Но, с работой у меня не получилось, просто потому что — незачем, когда всего достаточно.
А лично для себя самой и своей души, я начала рисовать настоящие картины. Теперь у меня есть своя галерея. Частые выставки. Где я занимаюсь благотворительностью, для детей-сирот.
Мне удалось восстановить справедливость, во всех детских домах, где творился беспредел. Виновники были наказаны и лишены воли на долгосрочный период.
Конечно, всё это я добилась с помощью Никона, но по — другому, он бы мне не позволил этим заниматься.
Я благодарна ему, за каждую минуту счастья, которую он мне подарил, за любовь, мечты, которые сбылись благодаря нему, и я буду всё делать для того, чтобы в нашей семье всегда царила любовь, покой, тепло и уют! Всё то, что будет зависеть от меня — я сделаю!
Отрываюсь от мыслей, возвращаюсь в реальность, а Ник, тем временем, опускается ниже, скользит гуммами по животу, выписывает языком круги возле пупка, нежно покусывает зубами, и я вспоминаю о том, что так и не сказала ему о сыне.
Борисович посодействовал мне, в сбережении моей тайны, обследовав меня под предлогом, приёма у стоматолога, и вот я торопилась домой, чтобы сообщать Никону важную новость. А он меня с порога сгреб в охапку и сразу отнёс в комнату. Ведь Мия наконец-то уснула.
— Ник! — начинаю я, пытаясь его остановить от продолжения. Его язык всё наглел и наглел, опускался ниже, прикасался жарче. А мои мысли путались, и я понимала, что вскоре буду не способна мыслить здраво.
