Как я успела заметить, родовые цвета носились только на официальных мероприятиях. Короля в расчет не берем, у него работа ненормированная, круглосуточная, поэтому у него в синей гамме было всё. И, учитывая его шизочку, манечку и паранойечку, у меня, как у его фаворитки, тоже особого разнообразия в нарядах не было."
"Белошвейки шурхнули с насиженных мест, как стая воробьев при виде кота. Герцогиня неловко переступала с ноги на ногу на пороге. Понятно. Одно дело явиться на бал, и пусть докажут, кто у кого фасончик скомуниздил: герцогиня у фаворитки или наоборот.
И совсем другое дело, когда тебя ловят с поличным.
Но на бал-то идти нужно…
– Как здесь стало миленько, – решилась тая, шагнув внутрь и с преувеличенным интересом оглядываясь.
– Спасибо. Мне хотелось хоть где-то во дворце воспроизвести обстановку моего дома, – вежливо, но с намеком ответила я.
Пусть гадает: то ли «дом» – это «родина», то ли «строение». Держу пари, что она подумает про второе.
– Ах, я понимаю, вам, наверное, очень тяжело здесь, на чужбине.
Но нашим языком вы владеете очень хорошо, почти без акцента, – похвалила герцогиня и с любопытством подошла к импровизированному диванчику. Присела. Покрутилась, удобнее устраивая спину и копируя мою позу. – А где вы его изучали?
– Если честно, всё дело в магическом артефакте, – призналась я.
Это ничего, что я не знаю, где он. Хотя Лео уверен, что всё дело в королевской кровати. Но совершенно точно здесь говорят не на русском.
И с репетитором по леденскому я не занималась.
– Да? Покажите, – подняла носик по ветру тая. Возможно, пыталась выведать тайну моего происхождения.
– Не могу, – честно ответила я.
Пусть сама додумывает, «почему». Я им сплетни сочинять про себя не нанималась.
– Расскажите о своей семье. Вы, наверное, очень скучаете по родным, – хитро вывернулась лисой собеседница.
Да, тай Лотер может себе позволить быть прямолинейным воякой. При такой жене отягощаться дипломатическими навыками – бесполезная трата ресурсов.
Мы, конечно, академиев здешнего высшего света не кончали, но тоже кое-что умеем.
Я подошла к окну, сдвинула портьеру и взяла с подоконника резную шкатулку. Я не успела как следует поблагодарить мастера и даже посмотреть, как удались картинки. Теперь наконец-то можно было на них взглянуть, и я внутренним трепетом и предвкушением сняла крышку и поставила шкатулку на столик, устраиваясь на «диванчик» поблизости.
