…Как же удержаться и не подсмотреть, что творится у него на лице?!
Я погладила пальцем бедро над верхним краем его ботфорта, провела ладонями по боковым поверхностям сапога до голеностопа. И осторожно потянула.
Фиг у меня получилось, конечно. Тянуть пришлось со всей силы, так что он не соврал, сам бы он их не стянул.
Сапоги не воняли. Как и ноги. Не знаю, что использовалось в качестве носков, но если оно и было, осталось в ботфортах. Я наклонилась, осторожно коснулась губами его стопы возле пальцев и продолжила сидеть перед ним, склонив голову.
Его рука нежно коснулась моих волос."
"– Позволено ли мне будет снять второй ваш сапог, Ваше Величество? – смиренно спросила я, всё так же не поднимая глаз.
– Снимай, – велел он слегка охрипшим голосом и вытянул ногу.
Я подняла взгляд на уровень паха и убедилась в своих подозрениях: сценка подействовала как надо. Я как бы не удержалась и провела по припухлости рукой и, отдернув ее, поднесла к губам.
– Ой, Ваше Величество, я такая неловкая… – жалобно прошептала я.
– Да стягивай уже наконец этот сапог! – рыкнул ихнее величество, ткнув сапогом мне в руки.
Я медленно провела пальцами по бедру, погладила голень и дернула сапог на себя, стягивая как кожу со змеи.
– Иди сюда, – он протянул руку к моему плечу, но я подскочила раньше.
– Ты еще не отгадал! – ткнула я в него пальцем.
В расфокусированных глазах красавчика постепенно выкристаллизовывалось понимание.
– Но ты сняла два сапога! – возмутился он.
– Всё было добровольно, Ваше Величество.
Вы же сами разрешили!
– Сбоку! – скрипнул он зубами.
– Брюки!
– Не верю!
Я изобразила танец живота, вращаясь вокруг воображаемой оси, плавно изгибая руки над головой и демонстрируя гладкие швы на белье.
– Брюки! – повторила я, продолжив извиваться уже лицом к нему. – И не нужно говорить, что Ваше Величество этого не может. Ваше Величество превосходно вчера справились.
Величество сверкнул глазами исподлобья, поднялся, сдернул штаны и… В общем, реакция у него всё же лучше, чем у меня. И силы больше.
Поэтому я снова оказалась прижатой к кровати.
– Оно не р-расстегивается! – рыкнул красавчик мне в лицо.
– Рубашку сними, – попросила я. – В смысле, ты снова не угадал.
Черная рубаха улетела куда-то в темноту. Эльиньо Третий сидел на краю кровати, согнув перед собой ногу. Над голенью торчало подтверждение того, что никто сегодня не уйдет обиженным. Я – точно.
Я легла головой на подушки и развела ноги.
– Не может быть! – хохотнул красавчик.
– Может.
