Нельзя мне пару, я тогда рискую остаться без медали и шансы поступить на бюджет в желанный университет сильно сокращаются.
Платон даже не заглядывает в конспект. Он и без него играючи поправляет меня там, где я ошибаюсь и дает более подробные разъяснения, приводит реальные примеры, чтобы я наверняка поняла. И это работает. Все раскладывается по полочкам, становится не таким страшным и сложным.
— Спасибо, — забираю у него свою тетрадь.
— Я могу заниматься с тобой, когда нужно. У меня отец… ну скажем так, имеет отношение к правовой сфере.
Я в прошлом году по его настоятельной рекомендации закончил юридическую школу. Все вот это, — кивает на мои конспекты, давно уже пройдено и вычитано до дыр. Так что, — улыбается он, — обращайся. Побуду твоим репетитором.
— А ты иногда можешь быть нормальным, — улыбаюсь в ответ. — Когда не ведешь себя, как наглая сволочь.
— Ну… — поднимает глаза к потолку. — Это темная сторона моей личности. Со светлой я мало кого знакомлю. Так живется проще. Есть хочешь?
— Нет.
Спасибо тебе еще раз за помощь. Я пойду искать Лу.
— Я на улице их с Авдеевым видел. Ничего так смотрятся.
Махнув на него рукой, иду разыскивать эту парочку. В дверях врезаюсь в Дашу, отскакиваю на пару шагов назад.
— Ну что, мышь? — с пренебрежением осматривает меня с головы до ног. — Очки тебе подарить, что ли? Совсем не видишь, куда идешь?
— Смотри, ядом не подавись, — хочу ее обойти. Даша преграждает мне путь. — Отвали, Киреева, — отталкиваю ее от себя.
— Даша! — за моей спиной опять появляется Платон.
— Исчезни.
— Калужский… — улыбается первая красавица лицея. — Быстрый какой. Ладно, я тогда и правда лучше пойду.
Глава 27
Артем
Бабушка умеет быть невыносимой. И первое, что я услышал вместо «Доброе утро», новость о том, что я переезжаю в комнату на первом этаже. В этом есть разумное зерно, ведь эта чертова лестница может сильно продлить мое восстановление. Только вот там же Эля и дотянуться до нее будет гораздо сложнее. Сильно сомневаюсь, что сводная сама придет ко мне в комнату.
Выбор так себе получается, но чем быстрее я встану на обе ноги, тем быстрее закончу то, что заварила Даша.
Пока вниз переносят мои вещи, пытаюсь есть. Дикая ревность сдавливает горло и даже воздушный омлет кажется твердым и неглотаемым. Я не знаю, что сейчас будет предпринимать Калужский и как поведет себя Эля после вчерашнего. Мы ведь так и не поговорили, она сбежала из дома очень рано."
"Смотрю на часы. Сейчас у них закончится третий урок.
