Чтобы ты не волновалась, сразу скажу, анализы хорошие! Ты не беременна. И ничего ужасного с твоим организмом не происходит, – говорит с четкими расстановками и нужными акцентами.
Меня затапливает столь сильное облегчение, слезы на глазах выступают. Испустив густой и тяжелый вздох, принимаюсь размахивать около лица руками. Гинеколог молчит, пока мне не удается справиться с эмоциями. Я наблюдаюсь у нее три года. Она осведомлена не только относительно моей личной жизни, но и всего, что меня тревожит психологически.
– Что это тогда? Гормональный сбой? – спрашиваю, когда удается набрать полные легкие воздуха.
"
"– Не думаю, – снимая очки, качает головой. – С теми гормонами, анализ которых нам уже удалось провести, у тебя полный порядок.
– Тогда я совсем ничего не понимаю… – бормочу растерянно. – Какова же причина задержки?
– На мой взгляд, Маш, все у тебя в голове. Психика нередко оказывает физическое воздействие на организм. Помнишь, мы об этом говорили? – вроде как спрашивает, но ответа не дожидается.
Да и я слишком сбита с толку, чтобы выдать что-то вразумительное. – Ты подсознательно боишься беременности, и едва возобновляется половая жизнь – это с тобой «происходит». Не по-настоящему, конечно. Таблетки справились.
Сейчас я понимаю, о чем она говорит. Это чаще срабатывает, когда женщина хочет ребенка. Она верит, что беременна, и ее организм начинает выдавать все физические признаки. Мои страхи и проблемы, получается, дают подобный результат. Я у себя тоже всю симптоматику стала замечать.
Какая страшная ирония, ведь когда я была действительно беременна, все изменения в своем теле игнорировала.
– Маш, сейчас тебе следует отказаться от оральной контрацепции.
Как только она это произносит, меня начинает трясти.
– Это обязательно?
– Скажем так, я бы настаивала. Ты должна научиться контролировать свой организм без таблеток. К тому же столь длительный прием препаратов без перерывов я тоже не одобряю.
– С ними спокойно…
– Сейчас мне кажется, что далеко не всегда. В твоем случае не в них дело.
– В чем же?
– Нельзя жить в постоянном страхе. То, что с тобой случилось в восемнадцать – трагедия. Но это не значит, что каждая твоя беременность закончится болью и потерей.
После приема я долго брожу в ближайшем от больницы парке. Никакой определенности относительного своего будущего сейчас не испытываю. За эту неделю расшатало меня знатно. Кричала во сне, потому что снилась та страшная ночь, когда я пробудилась, пропитанная собственной кровью.
