Его рапорт, если отбросить психологические домыслы — а он очень любит их высказывать, — подтверждает мои ожидания. Вот он. Досье на Феликса Герна. В годы войны — отличные отзывы. Бог знает как он их добился, или же все-таки война добила его. С 1945 года он болтается без дела, немного пишет. Он совладелец издательства «Герн энд Иллингворт». Его дед, Мортимер Герн, основал это издательство. Его отец женился на француженке, мадемуазель Аннет д’Апприус, в 1919 году. Этот брак укрепил их материальное положение. Феликс родился в 1921 году.
Получил образование в обычных и закрытых дорогих учебных заведениях. С Деборой Рискоу его познакомил ее муж, его школьный товарищ, который был намного его младше, в Мартингейле; судя по словам Робсона, он никогда не видел Салли Джапп до того, как посетил этот дом. У него самого очень приятный домик в Гринвиче, похожий на этот, за хозяйством приглядывает его бывший денщик. Ходят сплетни, что он и миссис Рискоу любовники, но доказательства у нас нет, а из слуги хоть калеными щипцами тащи — не вытащишь ничего.
Да я и не знаю, есть ли что выяснять. Миссис Рискоу, конечно же, лгала, когда сказала, что они провели всю субботнюю ночь вместе. Полагаю, Феликс Герн мог в принципе убить Салли Джапп, чтобы вызволить Дебору Рискоу из затруднительного положения, но присяжные этому не поверят, да и я тоже.
— Он не держит таблеток?
— Нет. Не думаю, что стоит сомневаться в том, что таблетки, которые подбросили Салли Джапп, извлекли из аптечки мистера Макси.
Тем не менее такие таблетки были еще кое у кого. Мартингейлский пузырек могли закопать таким эффектным способом для отвода глаз. По словам доктора Эппса, он выписывал это снотворное — соммейль — мистеру Макси, сэру Рейнольду Прайсу и мисс Поллак из приюта Святой Марии. Ни один из этих страдающих бессонницей людей не может сказать с определенностью, сколько у него было таблеток. И неудивительно. Обычно все относятся к лекарствам весьма небрежно. Где это сообщение? Вот оно. О мистере Макси нам все известно.
Сэр Рейнольд Прайс. Рецепт он получил в январе этого года, лекарство купил четырнадцатого января у Гудлиффа. У него было двадцать три таблетки в гранулах, говорит, что принял приблизительно половину, а потом бросил. Очевидно, он быстро отделался от своей бессонницы. Логика подсказывает, что пузырек, найденный в кармане его пальто доктором Эппсом, принадлежит ему. Сэр Рейнольд готов признать это, хотя не помнит, когда сунул пузырек в карман.
