- Видимо, скоро выясним, - произнес я, понимая, что она никак не должна умереть! Я не должен этого допустить! Чтобы у меня под носом проклятие убило девушку!
Она всхлипнула раз, потом два, потом тяжело задышала, а по ее щеке скатилась слеза. Началось! О, мать Тиамать! За что? Скажи, чем я так провинился?
- Я… я не хочу умирать! - выкрикнула распорядительница мне, давясь рыданиями.
Пусть она прекратит! Я и так уже пять суток не спал! Поэтому пусть прекратит! Мне только слез не хватало.
Женских.
Неужели не надо было убивать того некроманта? Он всего - лишь хотел воскресить любимую тетушку! А ничего, что любимая тетушка воскресла, сожрала половину деревни? За это? Мне прилетело за это? Я посмотрел на девушку.
- Я сказал, не реви! От того, что ты ревешь мне на ухо, ничего не изменится, - строго произнес я.
Но слезы все катились, а она растирала лицо руками, содрогаясь в рыданиях.
Все! Увольте! Только этого мне не хватало! Я отвернулся, чтобы не видеть ее слез.
Сколько раз я видел слезы, понимая, что это - наш просчет. Мы могли бы успеть… Постоянное “могли бы” стояло комом в горле. Или она сейчас прекращает, или я за себя не отвечаю! Хватит с меня бессонных ночей! Я и так боюсь не успеть. Если вдруг корона достанется кому-то из братьев, я не смогу заряжать медальоны! Без пламени дракона они бесполезны! А обычная боевая магия не всегда имеет нужный эффект. Поэтому я обязан стать императором. И эта девушка должна мне в этом помочь!
- Да прекрати реветь! - произнес я.
Вот что она со мной делает? Видимо, кто-то меня проклял напоследок! Другого объяснения я не вижу! - Сейчас что-нибудь придумаю. Неужели придется к Террадору? Нет, не вариант.
Ничего. Сейчас проревется, и успокоится. Но рыдания не прекращались. Они нарастали. Я не знал, как ее успокоить. В такие моменты я чувствовал себя беспомощным.
- Ты когда-нибудь прекратишь? - произнес я холодно.
Ну сколько можно! Мне хотелось развернуться и хлопнуть дверью, но уйти я не мог, понимая, в какой она опасности.
Я смотрел на кольцо на ее руке, понимая, что сам виноват в том, что оно очутилось у нее. Это все потому, что я проявил к ней интерес. Что-то меня в ней зацепило… Не первая красавица, но даже сейчас, когда плачет, она кажется милой… Милой и беззащитной.
- Тоже мне, успокоитель, - прошептала она, шмыгая носом и растирая глаза руками.
